Вторник
24.10.2017
06:55
 
Григорий Антипенко
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | Сказочный марафон - Страница 45 - Форум | Регистрация | Вход
     Неофициальный сайт. Переходи на черную сторону – у нас весело!  
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 45 из 47«124344454647»
Модератор форума: lemka, Grina, ЗачарованNая 
Форум » Креатив » Пробы пера » Сказочный марафон
Сказочный марафон
lemka_Дата: Суббота, 20.10.2012, 10:00 | Сообщение # 1
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline


Согласно жребию:
глава 1 автор lemka
глава 2 автор ЗачарованNая
глава 3 автор Анаконда
глава 4 автор Амира
глава 5 автор Helenika
глава 6 автор автор неизвестен
глава 7 автор Tenyushka
глава 8 автор LesikaKlim
глава 9 автор Grina


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Суббота, 29.12.2012, 18:50 | Сообщение # 661
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Цитата (LesikaKlim)
Наверно, все-таки остановку делать надо, а то так и Новый год проскочит.

Это, как я понимаю, будет твой ПОДАРОК А-лэнду на Новый Год? Если да, то попридержи его, пожалуйста, до 31.12.12 и неси смело в темку "Поздравляю!". ;)


Нет выхода только из гроба.
 
LesikaKlimДата: Суббота, 29.12.2012, 19:26 | Сообщение # 662
Завзятый гришеман
Группа: Проверенные
Сообщений: 2395
Статус: Offline
А я сейчас и не выкладываю, я еще дописываю.

Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда я с тобой.
Сначала они тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь!
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 02:56 | Сообщение # 663
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline













Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 02:59 | Сообщение # 664
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline











Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:04 | Сообщение # 665
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline











Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:05 | Сообщение # 666
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline





Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:08 | Сообщение # 667
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Глава 1.
«Я обо всем договорился, Катя, подал заявление, и завтра нас разведут!» - звучавшее в голосе Андрея торжество причиняло ей почти физическую боль. Жданова никогда не интересовало ни ее мнение, ни ее желания: все будет так, как он сказал и точка! В их тандеме он был ведущий, а она – ведомая, он – хозяин, а она лишь покорная раба…
Катерина, низко наклонив голову, кивнула: она боялась, что если произнесет хоть слово, то не сумеет сдержать слез, уже дрожавших в глазах. А это было бы лишним… С самого начала их развод был предопределен и неминуем.

Катя стояла у здания ЗАГСа и нервно поглядывала на часы – Жданов опаздывал. Он никогда не отличался пунктуальностью, в его кругу припоздниться на 15 минут считалось в порядке вещей, и если ради бизнеса Андрей мог проявить чуть больше вежливости, прибыв на деловое рандеву практически вовремя, то, конечно, ради нее этому красавцу и жуиру заморачиваться было ни к чему. Однако сегодняшнее опоздание Жданова переходило все границы (час!) и Катино терпение медленно, но верно подходило к концу. Зажав свое малодушие в потный кулачок, она решилась.
«Катенька, – услышала девушка в трубке срывающийся шепот Андрея, - наверное, я сегодня не смогу-у-у…» Членораздельные звуки перетекли в стон… Что происходит? «Алло, алло, Андре…» Телефон отключился. Что за ерунда? Вчера ее начальник и по совместительству муж в предвкушении грядущей свободы изображал из себя молодого шимпанзе, прыгая до потолка, а теперь не явился, чтобы узаконить факт их развода? Катя снова набрала знакомый номер... Линия занята… Может, Жданов вчера, не в силах справиться с душившей его радостью, серьезно «перебрал» и потому сегодня не в состоянии стояния? Впрочем, Катерина отлично знала, что, сколько бы алкоголя не было потреблено Ждановым накануне, при необходимости на следующий день он мог выглядеть образцово и быть бодрее кузнечика. Ну и ладно, если Андрей не приехал, то это его заботы. А ей сейчас пора на работу: великие дела в «Зималетто» ее ждут-не дождутся, в отличие от такого ненадежного супруга.
И все-таки тревога колючим комом ворочалась в душе. Что-то в голосе Андрея было странное… И стон… И он не договорил… И развод был ему так нужен… Какая напасть с ним приключилась? Телефоны Жданова не отвечали… А-а-а, чтоб его черти слопали! Катя остановила такси и назвала адрес, который знала наизусть, но по которому прежде бывать ей не доводилось.

Смелость берет не только города, но и роскошные квартиры в элитных таун-хаузах. Во всяком случае, консьержка дома, в котором проживал господин Жданов, не устояла перед напором Катерины и выложила как на духу, что тот вернулся вчера в 23.00 слегка выпимши (брови Катерины сердито сошлись на переносице), один (лоб Катерины разгладился), и с тех пор квартиры не покидал, а почему жилец не отвечает на телефонные звонки и вызовы по домофону, она, консьержка, сказать затрудняется. Катина экспансия на запасные ключи не встретила сопротивления, и девушка получила доступ к заветной двери, за которой невесть почему скрывался ее безответственный благоверный. Дверь, сильно напоминавшая сейфовую, отворилась, и Катерина, сопровождаемая старушкой-вахтершей, вошла в святую святых – обитель Андрея Павловича Жданова. Обитель была шикарная и очень подходила своему хозяину. «Большому кораблю – большую мину… Ой, что-то я не то говорю…» - одернула себя Катя.
-АндрейПалы-ыч! – тихонько позвала старушка-божий одуванчик.
Из спальни (как верно предположила Катя) раздался стон. Оробевшие женщины направились туда.
Андрей, скрючившись, лежал на кровати. Серое лицо, лоб, покрытый испариной, глаза заволокла пелена боли. Катерина подскочила к нему:
- Что случилось?
- Аппендицит, наверное, - просипел Жданов, - Неотложку вызвал час назад…
Катя, всю сознательную жизнь прожившая в этом мегаполисе, прекрасно знала, что здесь смерть к больным нередко приходит значительно раньше «Скорой помощи». А она не может позволить себе овдоветь! Мобильный скользнул в ладонь… Вот и номер доктора Башкина. Военный хирург, давний друг Валерия Сергеича, работающий в госпитале, до которого от дома Андрея было совсем близко, отозвался сразу и по-военному четко. Выслушав ее рассказ, велел немедленно вести больного в приемный покой, потому что «надо резать, не дожидаясь перитонита». У Катерины от этих слов похолодела спина, и сердце сжалось в предчувствии беды.
Жданова скрутил очередной приступ боли.
- Катя… Катенька… как хорошо, что ты со мной… - пробормотал он запекшимися губами.
«Сознание у больного спутанное», - констатировала Катерина.

Вообще-то, никогда раньше водить такие большие и дорогие джипы Кате не приходилось. Откровенно говоря, маленькие и дешевенькие джипы водить ей не приходилось тоже. Права у нее имелись (папа настоял), но транспортное средство семейства Пушкаревых в хрупкие девичьи ручки не доверяли. Собственно, когда Колька уговаривал ее погонять на симуляторе, она с легкостью доказывала, что и мужчина за рулем может быть паркующейся блондинкой, но одно дело обходить Зорькина на крутых виртуальных виражах, оставляя далеко позади себя глотать виртуальную пыль, и совсем другое, когда тебе надо вести реальный здоровущий автомобиль. "Буду в нем мчаться, что та лягушонка в коробчонке..." Процедура загрузки в машину сопровождалась громкими стенаниями и зубовным скрежетом Жданова, чьи самочувствие и настроение от грозных перспектив оказаться во власти неопытного водителя отнюдь не улучшились, однако терять время, дожидаясь такси или неотложку, было нельзя. Джип оказался джентльменом, - чего не скажешь о Жданове, который пару раз ругнулся так смачно, будто работал не в модельном бизнесе, а грузчиком в порту - безропотно выполняя Катины капризы, и доставил-таки супругов в больницу в относительной целости и сохранности. Тут их уже ждали: бравые ребятки, уложив Андрея на носилки, унеслись в приемное отделение. Операционная была готова, и хирург Башкин уверил Катерину, что сделает все возможное, да и невозможное тоже. Военные хирурги – не эстеты, но вытаскивать людей с того света им не впервой…
Теперь оставалось только молиться.

«Вы жена Андрея Жданова?» - подошедшая медсестра окинула Катю тяжелым нехорошим взглядом.
…Сегодня, оформляя Андрея в госпиталь, она впервые прилюдно назвала его своим мужем. А ведь сегодня этот фарс под названием «Брак Жданова и Пушкаревой» должен был закончиться. Закончиться, так толком и не начавшись. Впрочем, ни о каком начале и речи не шло: их брак был фикцией чистой воды, попыткой Андрея спасти семейный бизнес… Жена… Да никакая она ему не жена! Он – шеф, а она всего лишь его послушное орудие, его исполнительная секретарша. Верная и преданная. И за эти качества получившая право стать госпожой Ждановой. Хотя нет, фамилию она не меняла – не за чем, ведь полгода спустя (по Катиным же собственным прогнозам) «Зималетто» должно было рассчитать с долгами, а подставная фирма «Никамода», созданная для спасения солидного монстра модной индустрии от кредиторов, прекратить свое существование. Учредителем и хозяйкой «Никамоды» являлась Екатерина Валерьевна Пушкарева, а чтобы капиталы оставались под патронажем Жданова, тот предложил Катерине оформить фиктивный брак. Это был разумный выход в патовой ситуации, в которой они тогда очутились. Брак был оформлен быстро и тихо, так же быстро и тихо планировали развестись. Наверное, соглашаясь на этот брак, она на что-то надеялась, о чем-то мечтала… Глупая наивная дурочка! Нет, ей грех было жаловаться на Андрея: он всегда к ней хорошо относился, даже уважал как профессионала, но для него она была бесполым существом, лишенным собственных мыслей и чувств. Иногда ей, правда, казалось, что во взглядах шефа мелькает что-то особенное, какая-то затаенная нежность, но вероятно она просто видела то, что желала увидеть. А вот чего ей совсем не хотелось видеть, так это то, как Жданов любезничает со своей невестой. Ибо, как ни чудовищно это звучит, у ее мужа была невеста! Разумеется, Кира Воропаева и не подозревала, что мужчина, за которого она собирается замуж (уж каким чудом Андрею удалось перенести эту свадьбу на полгода, Катя не знала), в настоящий момент женат и довольно счастливо: во всяком случае, молодая жена не докучает ему своей любовью и не претендует на то, чтобы ее суженный регулярно исполнял супружеский долг. Катерина мучительно покраснела. Ей вспомнилось, как она сегодня вела Андрея к лифту, а потом к машине. Она обнимала его за талию, поддерживала за плечи… и от этих невинных прикосновений у нее до сих пор горели руки. Андрей, такой сильный и такой беспомощный…
«Жена или не жена?» - хмуро переспросила медсестра.
«Глаза у нее прозрачные, точно у змеи…» - успела подумать Катерина до того, как страшная догадка вспыхнула в мозгу.

Глава 2.
«Андрей?! Все плохо! – заметались мысли. - Какие новости сообщают только близким родственникам?»
И Катя выдохнула:
- Жена!
- Вот что, девушка. Хочу вам дать совет, - глаза медсестры недобро блеснули, наливаясь зеленым светом.
Катя оцепенела под этим взглядом, мысли вдруг исчезли, по телу прошла волна, непонятно откуда взявшейся тяжести.
- Никакие врачи ему не помогут. Завтра вашего мужа выпишут, и диагноза не будет. То, что с ним приключилось, не лечится. Не-ври-трава... Кто-то от души попотчевал вашего муженька, - недобрый взгляд медсестры стал насмешливым, - и теперь у него три пути: научиться говорить правду, оставить всё как есть (и тогда он потеряет свои Дары, и никогда не будет прежним) или принять противоядие, - она хихикнула, - а получить его более чем невозможно.
В сонном мозгу Катерины вяло копошились мысли: «Кто это? Что она мелет? Что со мной?» Странная медсестра ушла, а Катя постепенно приходила в себя, сидя на стуле в больничном коридоре.
«И что это было? Чушь какая! Надо поговорить с врачами, узнать, как там Андрей…», - не успела Катя привести мысли в порядок, как в конце коридора появился доктор Башкин, он направлялся прямиком к нашей героине. На лице его были написаны недоумение и озабоченность.
- Катюша, я пока не знаю, что тебе сказать. Мы только стали готовить пациента к операции, но у него исчезли все симптомы, боли прекратились. Теперь мы, пожалуй, проведем полное обследование, прежде, чем что-то предпринимать.
- Можно мне его увидеть? - пролепетала Катерина.
- Не надо волноваться, Катенька. Идите-ка вы домой, отдохните. У нас здесь строгий режим. И время посещений давно прошло. Завтра, всё завтра… - доктор заспешил по своим делам, и Кате ничего не оставалось делать, кроме как идти домой. За всеми заботами и тревогами день незаметно закончился, и на улице уже был глубокий вечер, когда Катя вышла из здания больницы. Давешняя медсестра стояла на пороге и курила. Высокая, стройная, со смоляными волосами, она была эффектной женщиной. Катя встретилась с ней глазами:
«Глаза как глаза, никакой мистики, никакого зеленого огня - глаза уставшей женщины, что совсем неудивительно после длинного рабочего дня» И ничего необычного Катя не почувствовала, она вообще ничего не почувствовала, кроме любопытства.
- Простите, - обратилась девушка к медсестре, - можно вас спросить?
- Спрашивайте, - голос женщины был тусклым и глухим.
- Что это – не-ври-трава?
- Это мифический цветок. О нем существует поверье. Говорят, что найти его так же трудно, как цветущий папоротник. Считается, что если человек вдохнет его пыльцу, выпьет настой или отвар или съест какую-то часть этого растения, кроме корня, он не сможет жить с Ложью в душе, а должен стать приверженцем Истины.
- А что за дары, которые можно потерять?
- Понимаете, у каждого человека есть Дар или Дары. У кого-то талант, у кого-то просто способности, у кого-то красота, ну и тому подобное. По поверью человек, теряющий Дары, меняется, причем эти изменения становятся видимыми для окружающих.
- А противоядие?
- Корень.
«Почему вы сказали мне те странные слова в коридоре? Причем здесь Андрей?» - почему-то эти слова Катя так и не смогла произнести.
Пушкарёва подошла к автобусной остановке, постояла немного в раздумье. Домой совсем не хотелось. Пришлось бы общаться с родителями, с Колькой, который, как всегда, наверняка ошивался в квартире Пушкаревых. Рассказывать об этом насыщенном событиями и переживаниями дне Кате не хотелось, да и не могла она рассказать всё, как было. А подумать и унять эмоции было нужно. «Прогулка - самое то», - подумала девушка.
Она брела по аллеям парка. Было уже совсем темно. Но темнота не пугала Катю: она была занята своими мыслями. И темнота эта казалась мягкой и какой-то обволакивающе теплой, уютной, укрывающей и успокаивающей. Катя по привычке пыталась разложила все по полочкам.
Успокаивала в себе невнятную тревогу за Андрея мыслями о том, что он сейчас в надежных руках, и если понадобится, помощь ему окажут незамедлительно. О странном происшествии с медсестрой старалась не думать. Рационалистка и интеллектуалка, Катя не верила ни в какую мистику, ни в приметы, ни в черта, ни в Бога. «Мало ли людей, засоряющих свое сознание всякой мистической ерундой? Сейчас это модно». Но воспоминания об ощущениях, которые она пережила под взглядом «змеиных» глаз не отпускало. «Лучше об этом не думать», - уговаривала себя девушка. Вдруг Катино сердечко вздрогнуло и учащенно забилось. В конце плохо освещенной аллеи появился силуэт мужчины. Она знала его наизусть, каждое движение, походку, фигуру. Катя готова была поклясться, что это Андрей. Мужчина быстро приближался. Черное пальто, шарф. Когда он был уже совсем близко, Катя увидела его лицо, их глаза встретились. «Андрей!» - беззвучно застыло на губах. Мужчина прошел мимо, не обратив на Катю никакого внимания. Катерина шла дальше, сердце гулко колотилось. «Здесь темно. Мне просто показалось»,- успокаивала себя девушка.
На следующее утро Катя проснулась с тяжелой головой. Во сне ей виделись смутные, тревожные образы: колдунья с змеиными глазами, цветущий папоротник и почему-то избушка на курьих ножках, но не в лесу а в окружении городских многоэтажек, и в довершение всего, Андрей – мальчик-с-пальчик, живущий в ее письменном столе…
Как не рвалось сердечко Катерины к Андрею, но навестить его в больнице сегодня она не могла. Конечно, с утра, она позвонила доктору Башкину, чтобы узнать, как самочувствие Андрея, и доктор уверил, что все в полном порядке: Андрей чувствует себя хорошо, обследование проводится – в общем, волноваться не о чем.
Катюша ехала на работу, в «Зималетто» ее ожидало огромное количество неотложных дел. Она смотрела в окно на машины, людей, дома. Автобус остановился на светофоре. А Катин взгляд остановился на мужчине, стоявшем на тротуаре. Если бы не растрепанные длинноватые волосы, не простенькая поношенная ветровка и стоптанные кроссовки, она могла бы с уверенностью сказать, что это Андрей. Мужчина смотрел прямо на нее, не отрываясь. Автобус тронулся и поехал дальше. «Нет, со мной что-то не так», - подумала Катя.
В течение рабочего дня думать обо всяких глупостях и тревожиться Кате было некогда – слишком много было дел. Тем более ей приходилось отдуваться и за «того парня»: пришлось отменять и переносить уже назначенные встречи, решать вопросы на производстве, спорить с Милко, приводить в рабочее состояние женсовет – и все это помимо своих прямых обязанностей. Ближе к концу рабочего дня зазвонил телефон, и на дисплее высветилось имя «Жданов». Катя даже не успела сказать: «Да, Андрей Палыч». Едва она поднесла трубку к уху, услышала:
- Катенька! Скорее! Прошу вас! Приезжайте! Немедленно!
- Андрей Палыч, что случилось?
- Катя, пожалуйста, - был ответ, и абонент отключился.
Едва Пушкарева переступила порог больницы, сразу увидела Андрея. Он поджидал ее прямо в холле. Схватил за руку и потащил в самый дальний и безлюдный уголок коридора.
- Катя! Катенька! Ты должна мне помочь!
Катя видела, что Андрей не просто взволнован – он в панике.
- Что случилось?
- Вот! Смотрите! – прошептал мужчина, разжал кулак и протянул руку вперед. Катя почувствовала, как тело начало покрываться гусиной кожей. Такого она не ожидала. Руки…Прекрасные руки Андрея. Руки, на которые она порой засматривалась в самый неподходящий момент, сбивалась, теряла нить разговора. Руки, о которых она думала по ночам, мечтая ощутить их тепло на своей коже. Самые красивые на свете руки!? Мизинец и безымянный палец левой руки уже не были прежними. Скрючились, утолстились в суставах, кожа сморщилась, а ногти изогнулись, потемнели . Катин первоначальный испуг, сменился кипящим негодованием и жаждой немедленного действия. «Кто покусился? Да как они смели!!!»
- Минуточку, я сейчас! - Катя метнулась прочь и рванула прямиком к сестринскому посту. «Сейчас я все вытрясу из этой змеюки». Но за столиком сидела совсем другая женщина и сколько Катя ни расспрашивала, сколько ни просила, ни уговаривала, на все был один ответ: «Не знаю, такая здесь не работает и не работала никогда! Моя сменщица – молоденькая миниатюрная блондинка с карими глазами!»
Катя вернулась к Андрею. Она не знала, что ему сказать, не знала, что делать дальше. Андрей заговорил первым:
- Катя, ты мне поможешь? (Бедный Андрюша так и не определился на «ты» он с Катей или на «вы» и все время сбивался с одного местоимения на другое)
Катя подумала:
«Если бы я еще знала, как!» Но не произнесла эти слова вслух.
Не буду описывать, как судорожно пытались Катя с Андреем решить, что им делать дальше, как добирались домой к Андрею, как замысловато и изощренно Кате удалось провести Андрея в квартиру незамеченным бдительной консьержкой, как Катя пыталась накормить несчастного и как-нибудь успокоить. Андрей настоял, чтобы Катя объявила всем о его внезапной и незапланированной командировке на неопределенный срок: «Я публичный человек, и как я должен объяснять всем и каждому эти «метаморфозы!».
Была уже глубокая ночь. Катя лежала в своей постели, она не спала и ничего не пыталась сделать с этим. Бессонная ночь сегодня ей была обеспечена. Она хотела обдумать ситуацию, но ее мозг, обычно работающий с точностью хорошего компьютера, давал сбои. Мысли перескакивали с одного на другое и никак не желали подчиниться хоть какой-нибудь логике. Катя так и не сказала Андрею о пресловутой не-ври-траве. Он и так вел себя неадекватно (хотя о какой адекватности могла идти речь в данной ситуации): то впадал в бешенство и метался по квартире, как раненый тигр, то погружался в оцепенение. Катя боялась, что разговоры о всяких мифически-мистических штучках совсем снесут любимому крышу. Сейчас она уже сомневалась, правильно ли поступила. Ведь время идет, и неизвестно, сколько его есть у Андрюши, как и не известно, какие изменения будут с ним происходить дальше. Катя с ужасом думала: «А если бы это произошло со мной». И представляла всю ту бесконечную ложь, которой она окружила себя в последнее время. Она врала всем: родителям, Кольке, акционерам компании «Зималетто», Андрею, себе. «Представляю, какой красоткой я бы стала, - думала она, - хотя красота – вряд ли мой дар, я ж всегда считала себя страшной…., но умной. Значит, стала бы дурочкой? Может, дурочкой я уже стала, если учесть, что сегодня произошло». И хотя ум говорил ей, что поступила она глупо, неправильно, необдуманно и так далее по списку, сердечко упрямо твердило: «Ты права!» Как хотелось Кате отбросить все тревоги и раздумья и погрузиться в воспоминания, прокрутить в сознании все те восхитительные чувства, которые она сегодня испытала…
…Он сидел, безвольно опустив плечи и неподвижно устремив взгляд в пространство, на лице его было написано страдание. И Катя не смогла сдержать порыва: подошла, коснулась пальчиками его изуродованной руки. Почувствовала, какая она горячая, и крепко сжала в порыве чувств. Ей безумно захотелось избавить его от боли, прикрыть своей любовью от всех бед. Что в этот момент почувствовал Андрей? Негодование! Она его жалеет! «Все что угодно, но не жалость» Но, когда он встретился с ней глазами, то увидел в них именно «все что угодно, но не жалость». В тех глазах была нежность и решимость, страсть! И ….желание? Не знаю, о чем он думал. Может, ему захотелось забыться на мгновение, погрузившись в «мягкое, женское», может прикоснуться к тем чувствам, которые горели в ее глазах, а может, просто сработал стереотип определенного отношения к женщине, которому он так долго следовал. Но он сделал, то, что сделал: притянул ее к себе и нашел ртом ее губы. А Катю испугала и удивила мысль, последней мелькнувшая в мозгу: «Может быть это мой последний шанс познать это прекрасное тело!» А дальше? Дальше вопросы и ответы перестали существовать для этих двоих.
«Я так люблю его! Во всех сказках любовь побеждает любое зло. Пусть я завтра проснусь, и все будет иначе. Все будет хорошо!» - так думала Катя, наконец-то погружаясь в сон.
И Андрей в эту ночь заснул не сразу. Ему было, о чем подумать. «Одну правду, я узнал сегодня точно: эта женщина любит меня. Любит страстно и самозабвенно…», - думал он засыпая.
Если бы Катя в ту ночь осталась с Андреем, а не поспешила домой, как примерная девочка, то утром бы ее разбудил не поцелуй любимого, а его истошный вопль, который он издал, посмотрев на себя в зеркало в ванной. Картинка была еще та: вместо чудесных волос, в которые еще вчера Катенька погружала свои маленькие пальчики, безобразная пакля обрамляла лицо. Катюшина любовь оказалась бессильна против колдовства.
Утром Катя очень спешила. Промучившись бессонницей полночи, она безобразно проспала. И теперь нагруженная сумкой и папками летела на всех парах к зданию «Зималетто». С присущей ей неловкостью, она споткнулась о выбоину в асфальте и растянулась на земле в полный рост.

Сережа Волков летел над утренней Москвой. Летел в буквальном смысле. И на метле.
Серж Волков – незаменимый и бесценный сотрудник Особой службы безопасности (ОСБ), агент 001, красавец и умница, объект безнадежных воздыханий множества женщин. Надо сказать, что последние не имели никаких шансов, потому что в сердце героя жила только одна и к тому же пламенная страсть: любовь к родине. Им владела одно и неукротимое желание – желание избавить любимую родину от любых происков любых врагов. Он летел, и думы его шагали стройными рядами. И думы эти были о том, что последнее время ситуация на невидимом фронте ОСБ значительно ухудшилась. Со всех сторон лезла всякая нечисть. Нечисть в прямом смысле слова. Потому что была она мистическая, потусторонняя, астральная, колдовская – в общем никакого реализма – сплошной «сюр». Вот и сейчас он летел к зданию «Зималетто», чтобы провести рекогносцировку на местности перед началом активных действий по выявлению «вредного элемента» в этой компании, о которой уже какое-то время поступали сведения, что там «нечисто». Сереже его «контора» поручала самые трудные дела, потому что помимо ума, красоты и сногсшибательного обаяния, он обладал еще и незаурядным способностями к перевоплощению, а также виртуозно втирался в доверие.
Сережа летел и время от времени тихим и довольно злым, а порой и совсем нецензурным словом поминал новейшие технические разработки ОСБ. В арсенале службы безопасности помимо метел были уже ковры-самолеты, шапки-невидимки, сапоги-скороходы (совсем уж непонятно зачем нужные, это при современном-то развитии транспортных средств). Руководство требовало от сотрудников всестороннего использования новинок, для, так сказать, погружения в тему. А вещи эти были своевольные, капризные, со своим характером и доставляли немало хлопот сотрудникам.
Итак, агент Волков летел над утренней Москвой, сжимая до белых костяшек древко метлы. Но это мало помогало, метла все равно виляла, не то норовила изменить курс, не то пыталась скинуть седока. Летали ли вы когда-нибудь на метле? Нет, вы не летали на метле, и слава Богу. Потому что удовольствия в этом мало. Хорошо хоть последнее время их стали оборудовать подобием велосипедного седла, что несколько уменьшило дискомфорт сотрудников ОСБ, вынужденных использовать это транспортное средство.
К огорчению любопытствующих читательниц, должна отметить, что Сережа не был голым, не в пример его предшественницам – ведьмам. Скорее даже наоборот, он был при полном параде и даже в галстуке. Ему не нужно было перед полетом произносить заклинание «Невидим» (да и не владел он этим заклинанием), потому что на голове у него была лохматая папаха – новомодная шапка-невидимка. Шапочка эта была та еще шалунья: то сползала на глаза, затрудняя обзор, то съезжала на ухо, то норовила вообще свалиться с головы и выставить нашего героя на всеобщее обозрение. Поправлять ее в полете было ой как не просто. Поэтому нелицеприятных эпитетов в ее адрес звучало немало.
Снижаясь у здания «Зималетто» Сержик заприметил Катю. «Опять она», - подумал Волков. Надо сказать, что у Сергея Волкова была своя, для личного употребления, теория вероятностей и знаков. По этой теории случайности не происходили случайно, в них нужно было искать определенные указания и знаки. Три встречи подряд за столь короткое время – это уже был знак. И Сережа подумал: «Эта девушка должна мне помочь в выполнении моей миссии». Едва он коснулся кончиками туфлей асфальта, как Катя со всего маху бухнулась ему под ноги. Агент потерял равновесие, пошатнулся, своевольная папаха слетела с его головы, и он предстал перед Катей во всей красе: в костюме и при галстуке, с метлой между ногами. Но Сержу неведомы были смущение и сомнения, поэтому он бодро соскочил с метлы, браво стукнул древком об асфальт (метла, согласно техническим характеристикам, мгновенно превратилась в симпатичный такой портфельчик), одной рукой подхватил папаху и запихнул ее в портфель, от чего тот безобразно раздулся, другой рукой поддел Катю под локоток и со словами «Барышня, пришла пора нам пообщаться» потянул Катюшку в ближайшее кафе.


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:09 | Сообщение # 668
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Глава 3.
Катерина покорно последовала за Волковым, времени опомниться и что-либо выяснить он ей даже не дал. Шли они в то самое кафе с дивным названием «Ромашка», в котором Катя всегда обедала с подругами по женсовету. В утренние часы оно было практически пустым, и молодые люди выбрали столик подальше от любопытных глаз. Мужчина сел напротив Катерины, которая до сих пор не могла прийти в себя от поразительного сходства Волкова и Жданова.
- Катя, Екатерина Валерьевна, – позвал ее Серж. – Вы меня слышите ?
- Что? – переспросила Пушкарева.- Прошу прошения, что Вы спросили?
- Я Вас спрашивал, что Вы будете пить: чай или кофе?
- Я буду кофе и покрепче, - отвечала Катя и продолжала все так же пристально разглядывать Сержа.
- Почему Вы так на меня смотрите? – поинтересовался тот.- Что-то не так?
- Я… я… я просто не верю своим глазам, Вы очень похожи на моего шефа Андрея Павловича, он сейчас….
Но Волков не дал Катерине договорить:
- Екатерина Валерьевна, я прекрасно знаю, где сейчас Ваш муж и что с ним происходит. Но мне хотелось бы понять причину этой метаморфозы. Может, Вы мне все-таки расскажите все, что знаете?
- Да я сама-то мало что знаю и уж тем более, совсем ничего не понимаю!- отвечала Катя.
- И, тем не менее, Катюша, соберитесь, и рассказывайте все по порядку, я весь во внимании.
- Хорошо. Все началось в тот день, когда мы должны были оформить наш развод, но вместо того, чтобы явиться в ЗАГС, Андрей позвонил и сдавленным от боли голосом сказал, что не сможет прийти. Меня это насторожило, я отправилась к нему, - начала свой рассказ Катерина и, отпив немного свежезаваренного кофе, продолжила. Она рассказала о том, что Жданов попал в Военный госпиталь, и про ту загадочную медсестру, о которой в госпитале, как оказалась, никто и никогда не слышал. И, конечно, упомянула об ее предупреждении и о волшебной «не-ври-траве».
- Итак, что мы имеем в сухом остатке? - решил подвести итог вышесказанному Катериной Сергей. – Первое, это то, что Жданова отравили «не-ври-травой», и теперь он медленно превращается в кошмарное чудовище; второе, медсестра-фантом, которую никто не знает и в глаза не видел; и третье, что теперь нам делать и кому все это выгодно? Да-а, задачка. Ну не унывайте, Катенька, вместе мы что-нибудь придумаем! Только мне необходимо позвонить, я Вас оставлю ненадолго, - сказал Сергей и вышел из кафе на улицу.
Катерина медленно допивала кофе, мысли в голове гудели, как рой диких пчел: «Что делать? Куда бежать? У кого просить помощи? Кто может все в конце концов мне объяснить? Как там Андрюша? И вообще, кто такой этот Сергей Волков? Свалился с неба, как снег на голову, такой вот весь из себя спокойный, уравновешенный. Странно, а это его я видела тогда на светофоре, да точно его! Совпадение?» Нет, в простые совпадения она уже давно перестала верить. И так она сидела бы еще долго, но вернулся Серж.
- Катя, мне надо срочно уехать. Вы пока возвращайтесь на работу, а я через пару часов вернусь, хорошо?
Вернувшись в свою каморку, Катя полностью погрузилась в работу лишь для того, чтобы отогнать мрачные мысли, но как-то не очень это получалось. Она совершенно не могла ни о чем думать, кроме как об Андрее.
- Господи! Что же с тобой сейчас там, дома, творится, и как тебе помочь, мой милый, ласковый, нежный, мой любимый Андрюша?! - слезы сами собой катились из глаз.
А тем временем со Ждановым, который остался дома совсем один, творилось что-то невообразимое. Он то впадал в неистовую ярость и готов был разорвать на части любого, кто приблизился бы к нему меньше чем на сто метров, то замирал и, свернувшись клубком на своей огромной кровати, тихонько скулил, как маленький щенок. Не выдержав очередного приступа адской боли, он схватил телефон и набрал Катеринин номер:
- Катя, Катюша! Я так больше не могу! Помоги мне, слышишь, помоги мне! Катя мне больно и страшно, я схожу с ума! - кричал в трубку Андрей.
- Слышу, милый, слышу, я помогу, обязательно помогу. Просто надо немножко потерпеть! - говорила она с такой нежностью, что Андрей немного успокоился, поверив, что она действительно ему поможет, и что надо всего лишь чуть-чуть подождать и потерпеть. Он положил трубку, и, когда очередной приступ кошмарной боли отступил, забылся беспокойным сном.
«Боже мой, ну как же тебе помочь, как?! Я не знаю! За что ему все это, за что, за что?» – повторяла Катерина, уже рыдая, упав головой на руки.
Через два часа (как и обещал) Сергей Волков появился в «Зималетто». Выйдя из лифта, он приветливо поздоровался с Машей, которая была настолько удивлена, увидев шефа, что смогла пролепетать только: «Здравствуйте, Андрей Павлович». Серж уверенной походкой направился в свой, вернее, Ждановский кабинет. Секретарша Виктория от изумления вообще остолбенела и выронила из рук телефонную трубку.
- Добрый день, Виктория! Катерина на месте? – поинтересовался Серж у остолбеневшей секретарши.
- Ага, на месте, - ответила та. - А ты уже вернулся? А Кира в курсе?
- Виктория, я разве тебя спрашивал о Кире? Нет? Вот и не надо проявлять излишнее рвение. К Кире я зайду потом, а сейчас у меня есть другие дела, поважнее. Ясно? - твердым, почти металлическим голосом, спросил Волков, глядя прямо в глаза секретарши.
- Ясно,- проблеяла она и осталась сидеть, завороженная взглядом Сержа.
Волков прошел в «свой» кабинет, резко открыл дверь каморки и застал Катерину в слезах.
- Добрый день еще раз, Катя! – мягким и таинственным голосом произнес он. – Так, и что здесь у нас за Ниагарский водопад? Кого хороним? Катя, прекращаем это немедленно, у нас с Вами совершенно нет времени на все эти сантименты! – продолжал Серж, вытирая слезы Катерине.
- Вы что-то узнали? Вы можете ему помочь? – с надеждой спросила она.
- Я? Я пока нет, а вот Вы - да!
- Как я могу ему помочь? И вообще, что я могу? – опять зарыдала Катерина.
- Прекратите сейчас же! Катя, Вы его любите? Хотите ему помочь?
- Да, конечно. Но как?!
- Тогда слушайте меня внимательно. Сейчас Вы собираетесь и летите ближайшим рейсом в Питер,- начал инструктировать ее Волков.
- Куда?! В Питер? А как же я здесь его брошу? И что с ним будет без меня?- причитала Катерина.
- Катя, пока я еще могу контролировать ситуацию, и о том, что происходит с Вашим мужем, никто не узнает. Но если мы упустим время, то все наши с Вами старания будут абсолютно напрасны. Это Вам понятно?
- Понятно! Но мне надо сообщить родителям, что я уезжаю, они будут волноваться. И боюсь, что папа меня не отпустит.
- Екатерина Валерьевна, не надо никому звонить и тем более ставить в известность, куда и зачем Вы летите. Я Вам обещаю, что никто не заметит Вашего отсутствия. Это пока еще в моих силах.
Серж говорил так четко и убедительно, и так велико было желание помочь любимому человеку, который там где-то в темной квартире сходил с ума от боли, что Катерина просто выполняла все, что ей было сказано, и уже не задавала никаких вопросов.
- Катя, слушайте меня внимательно,- продолжил Волков,- Вы сейчас летите в Питер. Внизу стоит машина такси. По приезду в Домодедово, Вы подойдете в восьмую кассу, назовете свою фамилию и получите билет на самолет. О деньгах не беспокойтесь, все уже оплачено. В Питере, в аэропорту, Вас встретит мой друг и коллега Максим Третьяков, вот его телефон на всякий случай, дальше Вы будете следовать его указаниям. Времени у нас в обрез, так что на сантименты, слезы и лишние вопросы его просто нет. Понятно?
- Да, все понятно. А как я его узнаю?
Серж улыбнулся и с хитрым блеском в глазах ответил Катерине:
- Поверьте мне, Катюша, Вы его сразу узнаете, это будет совсем не сложно.
- Хорошо, только… - Катя замолчала.
- Что «только»? Я же сказал: нет времени на вопросы и колебания!
- Только, если Кира узнает, что я все бросила и уехала, она устроит мне «кровавую баню», и я вылечу с работы!
- За Киру можете не переживать, тут все будет под контролем, - заверил ее Сергей.- Я все решу. Катя, вперед, такси уже внизу, Вас ждет! Да, вот мой номер телефона, если что, то звоните в любое время. Удачи, Катенька, удачи!
Получив все наставления и инструкции от Сергея, Пушкарева кометой вылетела из своей каморки и, никому ничего не объясняя (даже вездесущему и всезнающему женсовету), впрыгнула в желтую машину такси, которая стояла у центрального входа в «Зималетто», и помчалась в аэропорт. И лишь на подъезде к Домодедово, Катя начала отчетливо осознавать тот факт, что она не называла таксисту место назначения. Как же он догадался?! «Черт! Какая-то мистика! - подумала Катерина. - Я ничего не понимаю, но ничего не могу с собой поделать, а просто, как послушная кукла в руках умелого кукловода, выполняю все, что мне говорит этот человек. Что происходит?! Да, в конце концов, это сейчас не главное, главное, что он обещал помочь Андрею. И только это имеет значение!» Машина остановилась у дверей аэропорта, и Катерина с ужасом вспомнила, что у нее совсем нет денег, чтобы расплатиться за дорогу. Но таксист, словно прочитав ее мысли, заявил, что денег не надо, уже рассчитались за поездку, и, пожелав ей счастливого пути, уехал. Катя прошла в кассовый зал и в восьмой кассе получила заветный билет до Санкт-Петербурга.
- Вылет через час,- уточнила приветливая девушка-кассир.
Катя поблагодарила и направилась к стойке регистрации. Поскольку вещей у нее с собой не было, вся процедура заняла не больше 15 минут. И вот она уже сидит в кресле салона самолета. Всего каких-то полтора часа лета, и она будет на месте. Под мерный гул двигателей Катерина задремала, сказывались нервное напряжение и элементарная физическая усталость, а еще волнение от неизвестности того, что ждало ее впереди.

Проснулась она, когда шасси самолета чиркнули о посадочную полосу аэропорта Пулково. «Я уже на месте. Сейчас встречусь с господином Третьяковым, и все будет в порядке», - наивно думала Катерина. Ах, если бы знала она тогда, что это только начало длинного и опасного приключения под названием «Спасти Жданова»! Ну, теперь все по порядку.
В аэропорту, в зоне прилета, ее должен был встретить Максим Третьяков, коллега и друг Сержа Волкова. «Странный он какой-то, этот Сергей! «Вы его узнаете»… Как я могу узнать незнакомого челов…» Мысли ее оборвались, когда она увидела в зоне прилета Андрея Жданова. «Нет, это не может быть правдой, у меня дежа вю! Нет, это не он, это галлюцинации…» Катя остановилась и попыталась прийти в себя. Третьяков, увидев в толпе Катерину, сам направился к ней навстречу. Она же стояла, как вкопанная, и только смотрела огромными глазищами на приближающегося Максима.
- Здравствуйте, Катенька! – учтиво поздоровался Максим. – Что с Вами? Вам плохо? Вас укачало? Вы плохо переносите перелет? – обеспокоено продолжал Третьяков.
- Нет, нет, спасибо. Все в порядке! – ответила она, немного все-таки придя в себя. – Вы Максим? Я от господина Волкова из Москвы.
- Да я так и понял, Серж меня ввел в курс Вашей проблемы. Катя, у нас очень мало времени, давайте поговорим по дороге, – поторопил ее Макс.
По дороге из аэропорта Максим уточнил все детали, которых он еще не знал, выслушал рассказ Кати в подробностях. И его лицо стало еще серьезнее, чем было в тот момент, когда она его увидела в первый раз в зоне прилета.
- Да, вот это кто-то пошутил с Вашим мужем, Катюша. Такого не пожелаешь даже врагу. Странно, как Андрей смог проглотить эту гадость?! Хотя, если смешать сок «не-ври-травы» с красным вином, то вполне можно ничего и не почувствовать… Кто же его так ненавидит? Ну ничего, Катенька, все будет хорошо, главное – верить!
- Я верю, я очень верю в то, что все будет хорошо, что смогу ему помочь! Ведь ему так плохо сейчас, – и слезы снова потекли из усталых глаз Катерины.
- Катюша! Пожалуйста, возьмите себя в руки, слезами тут не поможешь, Вы только вымотаете себя этими истериками, а силы Вам еще ой как понадобятся! А пока мы в пути, поспите. Дорога займет часа два.
- Почему два часа? Мы разве не в Питер едем? – заволновалась девушка.
- Не совсем. Мы направляемся в Комарово, там нас ждет Александра.
- Кто она?
- Александра, Катюша, это тот самый человек, вернее, та самая колдунья, которая сможет Вам помочь. Она очень сильная колдунья, поверьте, я в этом убедился сам. И это огромная удача, что она согласилась с нами встретиться и что она на нашей стороне. Если бы она отказалась, то все, можно было бы поставить большой могильный крест на жизни и судьбе Вашего мужа.
Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Катерина даже вздрогнула от неожиданности этого заявления. Максим не мог не заметить ее реакции и поспешил успокоить свою спутницу:
- Катя, да не психуйте Вы так, все образуется. Сейчас приедем, Вы все расскажите Александре, она нам объяснит, что делать. Так что я Вам советую пока немного отдохнуть, сейчас Ваши терзания бесполезны и ни к чему хорошему они не приведут.
Максим замолчал и включил тихую музыку для того, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Из динамиков полилась совершенно неземная мелодия. Веки Катерины стали тяжелыми, и она уснула.
Как долго она спала, Катя не поняла. Только когда машина остановилась, и мотор замолчал, она, будто по какой-то неведомой команде, открыла глаза.
- Приехали?
- Да, Катюша, мы уже на месте. Идемте, нас ждут.
Они вышли из машины, девушка быстро огляделась вокруг. Странная картина открывалась ее взору: огромное поле, где-то вдалеке проходила автомобильная трасса, по которой время от времени пролетали одинокие машины, тяжелое серое небо буквально висело над головой, резкий ветер дул с пугающим звериным завыванием, а прямо перед ними стоял одинокий трейлер, из-за плотных штор на окнах которого пробивался тусклый свет. От всего этого становилось как-то не по себе.
- Идемте, идемте, и ничего не бойтесь, я же с Вами, да и бояться тут нечего. Или Вы сомневаетесь? – с легкой иронией спросил Максим.
- Нет, я ничего не боюсь. Идемте! – твердым голосом отвечала Катя, ради Андрея она была готова на все, даже идти в логово дикого зверя, лишь бы помочь, лишь бы спасти его, единственного, самого любимого мужчину на свете.
Подойдя к двери, Максим уверенно открыл ее, и они вошли внутрь. Катерина застыла от удивления: с виду это был обычный невзрачный трейлер, но внутри помещение казалось в пять раз больше и было разделено на несколько комнат. В той, где очутились Катя и Максим, никого не было. На стенах висело несколько серебряных канделябров с горящими свечами, и этот мягкий свет разливался по всему помещению. Вдоль стен стояла пара больших плюшевых диванов, на столе – поднос, а на нем - невероятной красоты фрукты и цветы, открытая бутылка красного вина и несколько хрустальных бокалов. Таинственная обстановка и тишина заставила Катю волноваться еще больше.
Вдруг полог тяжелой занавески, которая отделяла два смежных помещения, распахнулся, и на пороге появилась очень красивая молодая женщина с черными, как смоль, волосами, большими черными глазами, сияющими колдовским светом.
- Добрый вечер. Я тебя ждала, Катерина! – голос звучал завораживающе.- Проходите, пожалуйста, присаживайтесь. Здравствуй, гаджо, рада тебя видеть. Как твои дела? Все в порядке?
С этими словами она направилась к столу и села на один из диванов. Еще раз жестом она пригласила их присесть. Макс усадил Катерину рядом с собой в надежде, что так ей будет спокойней. Чтобы снять напряжение, Александра налила вина и предложила его гостям. Катя взяла бокал и посмотрела на Александру с какой-то опаской. Ей вспомнились слова о том, что Андрей мог выпить вина, в которое был добавлен тот самый сок «не-ври-травы». Колдунья поняла, что Катерина боится пить вино:
- Катя, не бойся, это просто вино и ничего больше, пей, оно тебя немного успокоит.
- Спасибо, я не пью!
- Пейте, пейте, Катя. Не бойтесь! – подбадривал ее Максим. - Я уже выпил и со мной ничего не случилось. Пейте спокойно.
Катя еще раз бросила взгляд на Александру и сделала осторожный глоток. Вино было очень вкусным, и она, допив бокал до дна практически одни махом, поставила его на стол.
- Давайте не будем тянуть интригу и начнем решать твою проблему, - перешла к делу колдунья. – Максим уже рассказал мне все, что знал, но я хочу послушать тебя, мне нужны подробности, иначе я не смогу помочь. Итак, слушаю, - строго произнесла Александра и замолчала.
Екатерина не утаила ни единой детали. Несколько раз она срывалась, не в силах удержать слезы. Наконец, эта страшная и таинственная история была закончена и в комнате воцарилась тишина. Некоторое время все сидели молча, каждый из них словно боялся нарушить эту тягучую тишину. Катюша с такой мольбой смотрела на Александру, что та даже не смогла смотреть Катерине прямо в глаза.
- Так, теперь мне практически все понятно. Да, девочка, попала ты, так попала. Ничего себе, как его кто-то ненавидит, да и тебя тоже, милая моя!
- А меня почему? – испугалась Катя.
- Да потому что тот, кто опоил твоего мужа этим зельем, знал, что проклятье «не-ври-травы» может снять только беззаветно и бескорыстно любящее сердце. И раз ты здесь, то, значит, только ты сможешь это сделать, а мы тебе поможем.
- Катерина, а на что Вы готовы ради этого человека? Уверены, что выдержите все, что Вам придётся пережить и преодолеть? – спросил Максим.
- Ради него я готова на все, даже отдать за него свою жизнь! – твердо и без колебаний отвечала Катя.
- Насчет жизни пока еще рано говорить, она тебе самой понадобится, - успокоила ее Александра. – Начнем по порядку. Только я беру с тебя клятву, что все то, что ты увидишь, все то, что будешь делать, останется в тайне, и никто никогда не узнает о существовании некоторых людей, с которыми тебе придётся столкнуться, и которые будут тебе помогать. Если ты не сможешь сдержать слово, то давай с тобой сейчас же попрощаемся.
- Я даю Вам клятву, что никто ничего от меня не узнает. Я Вам клянусь! - затараторила Катерина, как бы боясь, что все закончится, так и не начавшись, и она не сможет спасти своего Андрея и потеряет его навсегда.
- Тише, тише, Катюша,- прошептал ей на ухо Максим,- не кричите! Мы услышали, что хотели.
- Ну, если так, тогда начнем!
Александра вышла из комнаты, но вернулась через несколько минут, держа в руках большую старинную книгу в кожаном переплете, с надписью на ней золотыми буквами на каком-то непонятном языке. Колдунья бережно положила книгу на стол, с осторожностью открыла и принялась внимательно читать, переворачивая тяжелые листы. Катерине показалось, что они были чистыми. И она с изумлением посмотрела на Максима. Третьяков понял ее недоумение, наклонился и тихо объяснил:
- Катюша, это книга судеб и заклинаний, которую могут читать только избранные, а постороннему глазу она не откроет свои тайны, так что ничему не удивляйтесь, просто принимаете все как данность.
Около часа сидели они в тишине, которую нарушал только шорох страниц, прежде чем Александра, закрыв книгу, объявила:
- Времени у нас осталось мало, а сделать предстоит много, и если мы не успеем в срок или кто-то узнает о том, что ты делаешь, то потеряешь его навсегда! Сейчас вы с Максимом отправитесь к стражам, это в Кронштадте, улица Одоевского 13, они вас примут, только не задавайте им никаких вопросов! От них ты получишь сосуд с вязкой красной жидкостью, похожей на кровь, ни в коем случае не открывай его! Этот сосуд вы привезете ко мне до рассвета. Слышите, до рассвета и не позже, иначе все будет бесполезно! Тот, кто отравил твоего мужа, прибег к помощи очень сильной ведьмы. Имя ее Геката. Она может принимать любой облик, и если простой человек хотя бы раз посмотрит в ее зеленые, змеиные глаза, то не забудет их уже до конца своей жизни. Для того чтобы ей противостоять, нам понадобится не только получить от стражей этот сосуд, но и найти корень-противоядие, «ЗМЕИНЫЙ КОРЕНЬ». А его найти будет совсем не просто. Но об этом потом.
- Александра, а в этом сосуде и будет противоядие, да? – с надежной спросила Катерина.
- Нет, это не противоядие, я же говорю, еще нужен «Змеиный корень», он очистит организм твоего мужа и выведет из него отраву «не-ври-травы». А этого корня у меня нет, найти и выкопать его может только по-настоящему любящий человек, иначе он не поможет. Но из жидкости, что будет в сосуде, я приготовлю напиток, который сможет немного замедлить превращение твоего мужа в зверя и (к сожалению, лишь немного!) уменьшит его страдания. Это даст нам возможность выиграть время. Но помни, ты поклялась, что никто ничего не узнает! А сейчас торопитесь, времени до рассвета не так уж и много.
Поблагодарив ее, Максим и Катерина вышли на улицу. Бегом направились к стоящей неподалеку машине. Третьяков завел мотор, и они помчались в Кронштадт, по адресу, указанному колдуньей. Сердце Катерины учащенно билось, ей было и страшно и больно от одной мысли, что ее любимый страдает, что он сейчас один в пустой, темной и холодной квартире. Как она хотела сейчас быть рядом с ним, обнять его, прижаться к нему и прекратить эти нечеловеческие муки! Дорога до Кронштадта была неблизкой, а время, казалось, неумолимо несется, но это только казалось - все шло своим чередом. Катя повернула голову в сторону Максима и принялась совершенно откровенно его рассматривать. Профиль Третьякова, освещенный полной луной, был знакомым и в то же время абсолютно чужим, в этом призрачном лунном свете Максим напоминал какого-то древнегреческого бога, спустившегося с Олимпа, чтобы помочь ей. Рука Катерины сама собой потянулась к Максиму, и она погладила его по голове. Пальцы коснулись мягких шелковистых волос, почти таких же, как у ее Андрея. От неожиданности Максим резко дернулся и с тревогой уставился на нее.
- Что-то случилось?
- Нет, извините, я не хотела Вас напугать.
Максим негромко засмеялся:
- Катюша, Катюша, Катюша. Меня уже невозможно ничем напугать! Все мои страхи остались в прошлой жизни.
- Что значит – «в прошлой жизни»?
- Это было до того рокового дня, который полностью изменил мою жизнь. Катя, это все, что я могу Вам рассказать. Извините. У нас у всех есть своя маленькая тайна. И если я расскажу о ней простому смертному человеку, то могу потерять свои способности и свой дар.
Пушкарева почувствовала неловкость от своего любопытства. Она виновато отвернулась к окну и всю оставшуюся дорогу не проронила ни слова.
Наконец, машина остановилась, и девушка прочитала на указателе, висевшем на доме, название улицы и номер здания. Дом казался нежилым, окна были темными, а некоторые даже заколочены досками.
- Это здесь, – тихо произнес Третьяков, - идемте, нам надо торопиться, времени остается все меньше и меньше.
Они вошли в темный подъезд и стали подниматься по плохо освещённой лестнице. Одна… две… три… Катерина считала ступени, словно боясь пройти мимо нужного этажа. Необъяснимая дрожь пронизывала все ее тело, Максим почувствовал это, поэтому взял Катю за руку и повел дальше вверх за собой. Войдя в большой зал, который был освещен лишь несколькими свечами, они остановились и стали ждать. Через пару минут к ним вышел невысокого роста худощавый человек, одетый в темную сутану с наброшенным на голову капюшоном. Он, не произнося ни слова, подошел к ним и внимательно взглянул Максиму в глаза, затем развернулся и направился к столу, на котором стояли какие-то сосуды с разноцветными жидкостями, и, чуть поколебавшись, взял небольшой хрустальный графин, наполненный доверху темной жидкостью. Так же молча, он вернулся к ночным гостям и протянул его Катерине. Она взяла графин с каким-то необъяснимым чувством волнения и прижала к себе, будто боясь его разбить. Не произнеся ни слова, Третьяков и Пушкарева вышли, спустились по той же самой темной лестнице и сели в машину. Всю обратную дорогу Максим гнал автомобиль на огромной скорости - рассвет неумолимо приближался.
- Катюша, не переживайте Вы так, мы успеем, я Вам обещаю!
- Да, я знаю, только времени совсем не осталось. Я боюсь, что что-то случится…
- Не случится! Вы мне верите? – спросил Третьяков с улыбкой, словно пытался приободрить ее.
- Верю! Но боюсь!
Максим опять посмотрел на нее и снова улыбнулся своей чудной улыбкой, потом взял за руку, крепко сжал, даря спокойствие и уверенность.
Опасения ее были напрасны. Они успели до рассвета. Александра ждала их на улице и, увидев свет автомобильных фар, которые приближались на бешеной скорости, поняла, что это Третьяков.
- Отлично, гаджо, ты как всегда успел во время,- сказала она и, получив из рук Катерины драгоценный сосуд, направилась внутрь трейлера, жестом предложив им последовать за ней. В комнате, указав рукой на диваны, колдунья произнесла:
- Теперь я вас оставлю ненадолго, а вы подождите здесь.
- Но ведь уже почти рассвет, мы не успеем!- чуть не плача начала Катерина.
- Успокойся и не задерживай меня ненужными разговорами, иначе точно будет поздно. Жди! – резко и властно остановила ее Александра.
Повинуясь ей, Катя присела на диван и стала покорно ждать. Время точно замерло, стрелки едва ползли по циферблату огромных настенных часов, и казалось, что прошла целая вечность. Максим, откинувшись на спинку дивана, задремал. Катерина тоже закрыла глаза, пытаясь немного отдохнуть, но сон к ней не шел. Ожидание было абсолютно невыносимым. Внезапно эту густую тишину нарушил громкий крик Максима, который в один момент вскочил на ноги и, крепко обхватив голову руками, с ужасом смотрел на Катерину.
- Что случилась, что происходит? – испугалась та. – Максим, Вам приснилось что-то страшное?
- Да, но лучше Вам не знать, что я видел. Это не поддается никакому объяснению. С ума можно сойти. Как Вы все это выдерживаете, и сколько еще предстоит... - вздохнул Третьяков и взял Катерину, которая сидела напротив него, за руки. – Катюша, держитесь, у Вас все получится, а я буду помогать Вам по мере сил.
Вскоре на пороге комнаты появилась Александра все с тем же хрустальным сосудом в руках. Только жидкость в нем была уже не такая густая и темная, а стала ярко-красного цвета. И то ли в свете горевших свечей, то ли в свете все еще яркой луны, она мерцала каким-то внутренним светом.
- Вот, держи. Это то самое зелье, которое на время сможет помочь твоему мужу. Теперь запоминай все, что я скажу. Ты вернешься в Москву и первым делом заставишь выпить половину этого настоя твоего любимого. Вторую половину он должен выпить ровно через 12 часов, запомни - ровно через 12 часов и не минутой позже! Поняла?
- Поняла. А что мне делать дальше?
- Все, что Вам нужно будет делать дальше, Вам расскажет и объяснит Серж Волков, - ответил за цыганку Максим.
- Удачи тебе, девочка! – очень мягко произнесла Александра и провела рукой по голове Катерины, совсем как мама.
- Пока, сестренка! – попрощался с колдуньей Третьяков, и они покинули трейлер.
Всю обратную дорогу Катерина прижимала драгоценный сосуд к своей груди. «Пусть хоть на время, но ему станет лучше!» - думала она, и эта мысль немного ее успокаивала. В аэропорту Максим оформил Кате билет и проводил ее, пожелав на прощанье удачи и терпения. А еще Максим сказал одну вещь, от которой Катерине стало как-то легче, он сказал, что завидует Андрею, потому что так любить и жертвовать собой может только преданная и искренне любящая женщина.

В Домодедово Катю встречал Серж. И этот факт почему-то не удивил Катерину. За последнее время девушка начала привыкать к загадочным событиям, непроизвольной участницей которых она стала. Из аэропорта они сразу направились на квартиру к Жданову. По пути Катя рассказала обо всем, что с ней произошло в Питере, но ей показалось, что ее рассказ совсем не заинтересовал Волкова.
- Сергей, Вы совершенно меня не слушаете! - с обидой произнесла Катерина.
- Нет, Катя, я Вас слушаю, - легко соврал Волков: он был прекрасно осведомлен обо всех событиях сегодняшней ночи. Но поскольку средства связи в конторе были настолько необъяснимы для простого человека, то он не видел необходимости информировать Катерину о своей осведомленности.
Вот он, дом, в котором живет Андрей. Перед дверью Серж сказал:
- Катя, я думаю, что если Андрей Павлович увидит меня в своем доме, то это ни к чему хорошему не приведет.
- Серж, не оставляйте меня одну, пожалуйста! – взмолилась Катя.
- Хорошо, - согласился тот,- однако мне надо сделать так, чтобы он меня не увидел.
- Как это?
- Да просто. Сказки в детстве читали?
- Конечно.
- Тогда и про шапку-невидимку слышали?
- Да-а… А разве они бывают?
- Бывают! – с этими словами Серж достал из портфеля супер-папаху и надел. В ту же секунду он исчез.
Катя своими ключами открыла дверь, и они вошли. То, что они увидели там, было не просто страшно, а ужасающе. В квартире царил полнейший беспорядок: всюду валялись разорванные вещи, разбитая посуда. Девушка прошла дальше в комнату, но Андрея нигде не было. Тогда она подошла к двери в спальню и толкнула ее. Зрелище, открывшееся взору, заставило сжаться ее маленькое и такое любящее сердце. На огромной Ждановской кровати, среди разодранных в клочья простынь и подушек, свернувшись клубком, лежал Андрей. Вернее, уже не совсем тот Андрей, которого она знала. Руки его превратились в жуткие лапы с длинными когтями… Всклоченная шерсть покрывала теперь не только его голову, а даже плечи и спину. Услышав, что кто-то вошел в комнату, он вскочил на ноги и в один прыжок очутился рядом с Катериной. Увидев, что это она, Андрей замер и лишь с мольбой и животным ужасом смотрел ей в глаза.
- Катя, осторожно,- услышала она голос за своей спиной.
- Ничего страшного, он мне не причинит зла, - ответила Катя.
Катерина взяла Жданова за лапу и повела за собой в комнату, Андрей покорно следовал за ней. Усадив его на диван, она открыла тот самый заветный сосуд, который все дорогу берегла как зеницу ока, налила в чудом уцелевший стакан ровно половину и протянула его Жданову со словами: «Андрей, это надо выпить и тебе станет легче». Он хотел было взять стакан, но это у него не получилось, и от злости и досады он вскочил и со страшным, каким-то звериным рыком скрылся в спальне. Катерина чуть было не расплакалась, но голос Сергея остановил ее:
- Катя, идите к нему, он должен это выпить. Помогите ему.
В спальне Андрей корчился от боли. Катерина села рядом с ним на кровать, обняла и произнесла очень спокойно:
- Андрюша, это надо выпить, я тебе помогу,- ласково гладила она его по лохматой голове.
Он еще раз посмотрел ей в глаза и безропотно начал пить из ее рук напиток. С каждым глотком, который делал Андрей, ему становилось легче, наконец, боль отступила, он успокоился, положил голову на колени Катерины и уснул. Катя гладила его по голове и плакала. Нет, не от жалости, а скорее всего от сознания того, что это облегчение всего лишь временное. А что же будет потом, когда действие этого снадобья закончится? Что с ним будет? От этой мысли ей становилось невыносимо больно и страшно.
- Катя, - услышала она голос Волкова, - нам надо поговорить. Успокаиваться рано. Вам предстоит еще очень много сделать, чтобы Жданов вернулся в свое прежнее состояние и приобрел свой прежний внешний вид. Пока у нас есть еще часов 12 до приема второй части этой настойки, нужно четко распределить наше с Вами время и скорректировать действия.
Катя осторожно встала, чтобы не разбудить Андрея, и вышла из спальни. Сергей наконец-то снял свою папаху, присел на диван и начал инструктаж:
- Во-первых, надо появиться в «Зималетто», чтобы не было много лишних вопросов. Во-вторых, мне необходимо исчезнуть на некоторое время и смотаться в контору. Нам понадобится кое-какое снаряжение, ведь основная битва за Вашего мужа еще впереди, ну и в-третьих, Вам надо показаться родителям, потому что дольше держать их в неведенье я не смогу, надо, чтобы они Вас увидели и немного успокоились, зная, что с Вами все в порядке.
- А как же Андрей? Я не могу оставить его одного в таком состоянии! - заволновалась Катя.
- Ничего страшного. Он проспит еще часов десять точно, а потом Вам надо вернуться и помочь ему принять вторую половину из этого графина. Кроме Вас он никого к себе не подпустит, Вы же это понимаете. Кстати, не мешает графин спрятать, мало ли что может случиться, пока нас не будет.
- Конечно, я заберу его с собой, мне так будет спокойней, – ответила девушка.
- Итак, подведем итог. Вы отправляетесь на работу, а я - по делам. Встречаемся здесь через восемь часов, и я расскажу, что мы будем делать дальше.
Катя вернулась в офис, и прямо с порога на нее обрушился шквал расспросов от женсоветчиц. Но Катюша придерживалась версии, которую они разработали с Волковым, мол, она была в командировке по вопросам заключения договоров с новыми партнерами. Больше ничего Катя не стала объяснять и сбежала в свою каморку. Дел было много, стол Катерины Валерьевны ломился от папок с документацией. Помощница президента принялась составлять отчеты, разбирая сводки по продажам. Вдруг дверь ее убежища распахнулась. На пороге стояла Кира Юрьевна.
- Катерина Валерьевна, потрудитесь объяснить, что здесь происходит? Вы исчезаете почти на сутки, никому ничего не говорите. В чем дело?
- Я была в командировке, – устало ответила Катя. – Андрей Павлович в курсе, и я считаю, этого достаточно, чтобы объяснить мое отсутствие.
- Хорошо, но сегодня к вечеру все отчеты должны быть готовы. Иначе, Вы меня знаете, я добьюсь Вашего увольнения! – злобствовала Кира.
- Отчеты будут готовы вовремя, не беспокойтесь! – и, не дожидаясь ответа Воропаевой, Катя продолжила свою работу.
К шести часам вечера все действительно было готово, Катя передала документы девочкам-секретарям и, попрощавшись с подругами, ссылаясь на семейные проблемы, заторопилась домой. Там наспех пообщавшись с родителями, ускользнула к себе в комнату, собрала кое-какие вещи и собралась уходить, но ее остановила мама:
- Катя, ты куда?
- Мамочка, мне надо ехать, у меня мало времени. Андрей Павлович отправляет меня в командировку для подписания договоров, - убедительно врала Катя.
- Какую командировку? А что он сам не может? И вообще, почему ты? В “Зималетто” разве больше некому поехать?
- Мама, Андрей Павлович мне доверяет, и он тоже в командировке, только в другом городе. Так быстрее будет, понимаешь?
- Я-то понимаю, но вот папа тебя не отпустит. Это бесполезно.
- Мамочка, миленькая! Я не могу его подвести, слышишь?- умоляла ее Катя.
- Хорошо, езжай. Я что-нибудь придумаю, - успокоила ее мама и проводила до двери.

Катерина сломя голову летела на квартиру к Жданову. Она очень боялась не успеть. Вот она, заветная дверь. Катюша вошла в квартиру. Тишина. Сразу же она направилась в спальню, где оставила спящего Андрея, приоткрыла дверь, чтобы убедиться, что с ним все нормально (насколько это можно было назвать нормой). Андрей по-прежнему лежал на изуродованной им же накануне кровати и мирно спал. «Слава Богу, все спокойно! - подумала она. - Успела, значит, теперь все будет хорошо». Время приближалось к 12-часовому рубежу. Катя достала сосуд с напитком, который все время держала при себе, практически не выпуская из рук, налила остатки в стакан и нежно и ласково, словно боясь причинить боль любимому, стала его будить. Но Андрей то ли от неожиданности, то ли в приступе внезапной ярости вскочил и выбил стакан из рук Катерины. Но - о чудо! - стакан будто повис в воздухе, сохранив спасительное снадобье до последней капли. Пушкарева замерла, увидев, как стакан плавно плывет по воздуху в ее сторону.
- Не бойтесь, Катя, - услышала она знакомый голос Сержа,- это я. Я уже давно здесь, но не решался себя обнаружить. Держите! Действуйте!
Она взяла стакан и направилась к ничего не понимающему Андрею. На этот раз его не надо было долго уговаривать выпить содержимое стакана.
- Вот молодец,- словно маленькому сказала Катя.- А теперь ложись, надо еще поспать.
Андрей, уже привычно положив лохматую голову ей на колени, стал засыпать. Катя гладила его по спутанной гриве. Как бы ей сейчас хотелось, чтобы вместо этого несчастного и беспомощного существа на ее коленях засыпал бы тот, прежний Андрей, которого она так любит и ради которого готова на все. Тихо тикали большие настенные часы, отмеряя минуты. Жданов уснул. Катя вышла в гостиную и увидела Сержа, который смиренно ждал, когда Андрей уснет, и они наконец-то смогут действовать дальше. Но едва он начал вводить Катерину в курс ее дальнейших действий, как в дверь квартиры позвонили. Ужас, который испытала Катерина от этого звонка, был столь велик, что казался осязаемым. У Катерины началась паника. “Что делать? Открыть? А


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:10 | Сообщение # 669
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
вдруг это Кира? Не дождавшись Жданова на работе, решила приехать к нему домой. Что делать? Что делать?!!”
- Спокойно, я сам открою, – и Волков решительно направился в прихожую открывать дверь.
Минуту спустя Катерина услышала в прихожей грохот упавшего тела и вскочила в испуге.

Глава 4.
- Клочкова! Это что за бардак творится в компании? Где все? Где наш гений управленческого дела Андрюша Жданов и его верная оруженосица? Он что, перед показом на Багамы улетел с какой-нибудь моделькой? Что за бардак?!!!
- А-а-а… Я.. – Виктория Клочкова старалась изо всех сил изобразить на лице выражение, хоть отдалённо напоминающее, работу мысли, при этом улыбаясь во весь рот внезапно появившемуся в приёмной Жданова Александру Воропаеву. Лицо у неё от этих потуг стало вовсе уж идиотским:
- А вот видишь – нет никого, одна я работаю! Судьба «Зималетто» можно сказать, в моих руках.
- Клочкова, не пугай меня! С таким руководством у «Зималетто» нет шансов! Когда Жданов был на работе в последний раз?
- Вчера был. Зашел ненадолго, странно так на меня посмотрел и всё…
- Что «всё»?
- Я не помню, когда он ушел. Вот и всё…
- Виктория! Ты когда-нибудь мозги… ну или что там у тебя включать пробовала? Не помнит она! А Кира где?
- Она у себя… наверное. Сюда не заходила. Воропаев, и перестань меня оскорблять!
- Я? Тебя? Оскорблял? Клочкова, я дал тебе шанс на наличие мозгов, это тебе комплимент был, между прочим!
Воропаев, хлопнув дверью приёмной, быстрым шагом направился в кабинет Киры. Миновав приёмную с секретаршами, сразу уставившимися на него, и коротко кивнув им в знак приветствия, он вошел в кабинет. Кира сидела за столом, просматривая бумаги.
- Привет, Кирюша!
- Сашенька, здравствуй, милый! Как дела?
- Это я хотел спросить у тебя как наши дела. Ты видела Жданова вчера?
- Н-нет, он ушел так быстро и на глаза мне не показывался. Наверно боится, что больше не сможет мне врать.
- Ты всё сделала, как я тебе сказал?
- Да, Саша. Напоить его отваром было не сложно – Жданов был так занят своими мыслями, что даже не заметил странного привкуса вина. А почему ты спрашиваешь?
- Видишь ли, Кирюша, - Александр присел на край стола и наклонился к сестре. – Дело в том, что у этого зелья есть ещё и побочный эффект. Оно лишает человека его дара. Ну а поскольку у Жданова никаких особых даров, кроме его смазливой внешности, отродясь не наблюдалось, то, думаю, он именно его и должен был лишиться!
Кира испуганно воззрилась на брата:
- То есть, ты хочешь сказать, что… Жданов станет уродом?!!!!
- Что ты, Кирюша, - ласково ответил Воропаев – не уродом. Чудовищем! Видишь ли, я убеждён, что внешность должна соответствовать внутреннему содержанию.
- Но ты обманул меня! Саша, как ты мог! Ты не забыл, что Андрей - мой жених?!!! – Кира вскочила со своего места и бегала по кабинету. В воздухе запахло истерикой.
- Я не обманывал тебя, Кирюша. Я просто не всё тебе сказал, – голос Александра стал мягким, вкрадчивым и поплыл по кабинету, действуя завораживающе, как звук флейты на рассерженную кобру.
- Но зачем? Зачем?!!! Тебе так хотелось стать президентом «Зималетто», что ты решился на такой ужасный шаг?
- Видишь ли, Кира, дело даже не в «Зималетто». Просто мне хотелось восстановить справедливость.
- Какую справедливость, Саша? Превратить Жданова в чудовище – это, по-твоему, справедливо?
- А ты никогда не думала о том, сколько мне пришлось вкалывать после смерти наших родителей, чтобы обеспечить нам нормальную жизнь? Я учился, работал, делал карьеру! Та должность, которую я сейчас занимаю (не маленькая, между прочим, и в достаточно молодом возрасте!) – результат моих усилий! Спасибо Жданову-старшему, что он держал всё это время «Зималетто» в крепких руках, и мы не нуждались материально. Но всего остального мне пришлось добиваться самостоятельно и тяжелым трудом. А что Андрюша? А твой Андрюша в это время получал оценки в университете легко, за красивые глазки, менял женщин и наслаждался жизнью! И вот, когда встал вопрос о смене президента, ты легко и непринужденно преподнесла компанию на блюдечке с голубой каёмочкой этому раздолбаю за обещание на тебе жениться! Я смирился. Я хотел, чтобы ты была счастлива. Но разве Жданов оценил твой поступок? Нет, он продолжает изменять тебе на каждом шагу! Кирюша, ему слишком просто всё достаётся, он не ценит ничего: легко пришло - легко и ушло! Пусть попробует, каково быть одному, без поддержки. Я уверен, что он оценит тогда тебя по-настоящему.
- Ну-у, если ты считаешь, что это необходимо…
- Конечно, необходимо! Кирюша, разве я могу причинить тебе зло?
- Хорошо, раз так… – нотки сомнения улетучились из голоса Киры Юрьевны, она снова была настроена решительно и готова помогать брату во всём. – А почему тебя насторожило то, что Жданов появлялся вчера в «Зималетто»?
- Понимаешь, зелье должно действовать быстро и изменения в его внешности вчера уже должны были быть слишком явными, чтобы Жданов мог вот так запросто явиться сюда. Здесь что-то не так. Пожалуй, мне стоит заняться выяснением этого вопроса. Пока, Кира, до вечера!
С этими словами Воропаев вышел из кабинета Киры и направился к выходу из «Зималетто».

Катя замерла, прислушиваясь к тому, что творилось в прихожей. Оттуда не доносилось никаких угрожающих звуков, и она решилась посмотреть, в чём там дело. Осторожно выглянув из-за двери, Катя увидела Волкова. Он лежал на полу и мирно спал, посапывая во сне. Снилось ему, по всей видимости, что-то очень приятное. Входная дверь была открыта настежь. Катя переступила через вытянувшиеся поперёк прихожей длинные ноги Сержа, подошла к двери и осторожно выглянула на площадку.
- Мяу! – услышала она и увидела большого рыжего кота. – Привет, меня зовут Кузя!
- Привет! – вежливо поздоровалась Катя. – Первый раз вижу говорящего кота!
- Кота зовут Тигра, а Кузя – это я! – захихикал немного знакомый голос. Катерина подняла голову и огляделась. Оказалось, что входная дверь открывалась вовсе не на лестничную площадку, как положено нормальным входным дверям. И даже не на улицу, а вполне себе в квартиру. Квартирка была немного странной и напоминала пряничный домик. Поодаль стоял её хозяин и приветливо улыбался. Кате опять показалось, что она воочию наблюдает очередную реинкарнацию Жданова. Этот вариант отличался повышенной взъерошенностью и был облачён в какую-то невероятного цвета домашнюю вязаную кофту.
- Кузя – это я, – повторило новое воплощение Жданова. – Да Вы проходите, Катенька, не стесняйтесь!
- А-а-а… А как это вообще? – смогла наконец-то выдавить из себя Катерина.
- Это? Ах, это! Небольшой сдвиг в пространственно-временном континууме, - ничего сложного. Вы уж простите, что пришлось погрузить вашего друга в сон, это не опасно. То, что я Вам хочу рассказать, предназначается не для посторонних ушей. Проходите-проходите!
Медленно, как во сне, Катерина прошла за Кузей на кухню, главное место в которой занимал пузатый красный холодильник, и покорно уселась за стол. В кухню вошла сухонькая старушка:
- Здравствуйте, Катюша! Кузя, налей девушке чаю, будь вежливым!
- Это моя мама, - представил старушку Кузьма – Она баба Яга, а я – леший.
«Кузькина мать», - вяло шевельнулась мысль в мозгу Пушкарёвой и она осознала, что в свете последних событий напрочь утратила способность удивляться чему-либо.
- Насколько мне известно, Катенька, Вы уже выяснили, какое противоядие нужно для того, чтобы обезвредить не-ври-траву? Есть только один ма-а-ахонький нюанс, без которого Змеиный корень – увы – не подействует.
- Какой нюанс? Что Вы имеете в виду?
- Противоядие обретёт силу только в руках того, кто обладает чистым, любящим сердцем.
- Ну, я не знаю… Я люблю Андрея, – тихо произнесла Катерина. - А какое сердце считается чистым?
- То, в котором нет ненависти и зла, – быстро ответил леший. – Вы кого-нибудь ненавидите, Катя?
- Да нет, в общем-то, – неуверенно произнесла Катя. – Я не знаю…
- А тех, кто сделал это с Вашим мужем? – Кузьма смотрел так, как будто хотел заглянуть в самую глубину её мыслей и чувств.
- Наверное, да! Очень сильно ненавижу! – воскликнула Катерина, и слёзы выступили у неё на глазах. – Почему и кто это сделал? И, главное, за что?!!! Кто может его так сильно ненавидеть?!!!
- Успокойтесь, Катюша, – ласково сказал леший Кузя. – На самом деле, сильная ненависть, как и сильная любовь, встречается крайне редко. Вы не представляете, руководствуясь какими благими побуждениями, люди подчас творят абсолютное зло! Это только в сказках и сериалах есть злодеи и добрые герои, а в жизни нам, порой, приходится быть злодеем для кого-то одного, а для кого-то другого – доброй феей. Просто кто-то чаще совершает злые поступки, а кто-то – чаще добрые. Всё в этом мире относительно, Катенька, и нам не всегда дано понять причину и следствие происходящих событий и явлений, но люди берутся судить об этом, как правило, ошибочно, отсюда и проблемы. Чаще всего зло другому делается либо из мести за реальные или надуманные обиды, либо руководствуясь собственным представлением о справедливости. Если бы люди умели искренне прощать друг друга и умели быть довольными тем, что имеют, в мире было бы намного меньше проблем.
- Я, конечно, понимаю, что Жданов далеко не святой и запросто мог насолить кому-то. Но чтоб вот так мстить? Почему?!!
- Хороший вопрос! Только я бы поставил его несколько иначе: не «почему», а «зачем». Может быть затем, чтобы он задумался над тем, как живёт и кое-что понял наконец-то? Разве без этого он бы понял, насколько Вы ему необходимы?
Катерина смотрела во все глаза на странного лешего Кузьму. В её мозгу наконец-то начал рассеиваться туман и события постепенно обретали какой-то смысл и взаимосвязь:
- Но кто это мог быть?
- А вот это, Катенька, Вам и предстоит выяснить. И не только кто, а ещё и почему. Вы должны это узнать, чтобы понять и простить этого человека или этих людей. Только тогда можно давать противоядие Вашему мужу. Отправляйтесь обратно, я всё устроил так, что Вы вернётесь в ту же точку времени и пространства, из которой вышли. Разбудите Вашего помощника – и в путь!

Глава 5.
Какая-то сила вытолкнула Катерину обратно в квартиру Жданова, и входная дверь мягко закрылась у нее перед носом. Несколько секунд Катя пребывала в оцепенении, а очнувшись, увидела, что Серж уже проснулся и пытается встать на ноги. Она протянула ему руку, и он, с трудом поднявшись, растерянно произнес:
- Похоже, я споткнулся о порог, болит нога. И голова как-то кружится.
Затем осмотрелся вокруг – порог был совершенно ровный, споткнуться было просто негде.
- Странно, - хмыкнул Серж и достал из кармана Коммуникатор. Это было специальное устройство, которое позволяло восстановить в памяти все события, произошедшие с его владельцем за последние трое суток. Все попытки Сержа включить Коммуникатор не привели ни к чему, он как будто бы сломался.
- Да, Катя, все гораздо серьёзнее, чем я думал. Мой помощник говорит мне, что я попал в зону энергетической турбулентности как раз на выходе в прихожую. Видно кто-то решил меня отключить на время. А ты давно тут стоишь? Что произошло?
Катерина залепетала что-то про кота Тигру и про лешего Кузю с его матерью, про то, что за этой дверью она попала в совсем другой мир и потусторонние силы пытались ей помочь в освобождении Андрея от колдовства.
Выслушав сбивчивый рассказ Кати, Серж, не поднимая глаз от Коммуникатора, с которым ему наконец-то удалось установить связь, понимающе кивнул и сказал, что, к сожалению, больше пока он не может ей помочь в расследовании. Его отстраняют от дела, т.к. в преддверии показа и приезда Ждановых-старших он должен будет постоянно находиться в «Зималетто» и играть роль Андрея. Да и ночами ему придется находиться рядом с Андреем , т.к. если тот вдруг проснется и увидит себя в зеркале, трудно даже себе представить, что может произойти.
- Да что же мне-то делать сейчас, ума не приложу! - чуть не плача произнесла Катерина. – И что с Андреем будет, если вдруг ничего не получится?»
- Не печалься, Катюша, - произнес Серж. - Если уж Кузя с матерью решили тебе помочь, всё будет хорошо. Сходи прогуляйся, успокойся немножко, подумай, что ты можешь сделать. Не надо тебе сегодня здесь оставаться, я присмотрю за ним. А с тобой мы еще встретимся!
Он пошел было открывать дверь, чтобы выпустить Катю из квартиры, но она, в нерешительности переминаясь с ноги на ногу, никак не могла уйти. Что-то мешало ей сделать шаг из этого дома, как будто нужно было сказать Сержу что-то ещё. И вдруг, решившись, она заговорила о том, что, наверное, надо все-таки рассказать Андрею, что с ним случилось.
- Ведь если он не будет знать, что же его так обезобразило, мы можем не успеть ему помочь, – горячо говорила Катя, убеждая не столько Сержа, сколько себя. Она так разволновалась, представив себе, как расскажет обо всем Андрею («А вдруг он не поймет, вдруг не сочтет нужным измениться, да вдруг он просто не сможет жить по-другому!»), что из глаз её потекли слезы. Сережа, который просто физически не мог выносить женских слёз, решительно взял Катерину за плечи, встряхнул:
- Не ныть, слезами горю не поможешь! - и, заметив, что в словах Катерины есть резон, принял решение самому рассказать Андрею, что с ним произошло и как он должен себя вести, чтобы из всего этого выпутаться как можно быстрее и с наименьшими потерями.
На том они и расстались. Серж отправил Катерину прогуляться, сам же, вобрав в легкие побольше воздуха, решительно направился в спальню Жданова.

Катя шла по улице в полном смятении чувств. Она так волновалась за исход переговоров Сержа с Андреем, что не видела ничего вокруг. Между тем, на землю опустились сумерки, было такое время, когда ночь уже готова сменить день, но фонари еще не зажглись, улица темна и опасна. «Нет, все же надо было самой с ним разговаривать. Ведь только я одна знаю, как Андрей заврался, и как тяжело ему будет изменить ситуацию! Он не простит меня, если решит, что я его предала!» - с такими мыслями Катерина резко развернулась, и, не разбирая дороги, кинулась обратно к дому Андрея.
Услышав рев мотора и громкий визг тормозов, обернулась и, споткнувшись, шлепнулась прямо посреди проезжей части улицы, краем глаза увидев, как большой черный джип остановился в нескольких сантиметрах от нее. Она попыталась подняться, но, почувствовав острую боль в ноге, бессильно осталась сидеть на асфальте. Место происшествия, освещенное фарами джипа, быстро обросло зеваками, неизвестно откуда взявшимися в этом довольно тихом районе. Кате показалось, что прошло уже много времени, а джип как будто застыл на месте, и из него никто не выходил. На самом деле, обе передних двери распахнулись почти одновременно, из машины быстро выскочили девушка и молодой человек, причем стало понятно, что за рулем была девушка, а парень сидел на пассажирском сиденье. Девушка, подбежав первой к Катерине, склонилась над ней и, извинившись, начала заботливо спрашивать, все ли с ней в порядке, не сильно ли она ушиблась. А подошедший парень, понимая, видимо, что уже никуда спешить не надо, и что все обошлось более-менее благополучно, проговорил весело:
- Май, да ты у меня молодец, какая фантастическая реакция! Девушка, нельзя же быть такой рассеянной, вы же дорогу переходите, а не по лесу погулять вышли! - Наклонился к Кате, протянул руку и поднял её с асфальта:
- Ушиблась? Что? Нога болит? Это плохо, придется везти в больницу и оформлять протокол.
И тут Катя заплакала, как маленькая – громко и протяжно:
- Не могу я в больницу, мне туда надо! - показывая в сторону элитного дома, сверкающего огнями в темноте. Девушка Майя, все время внимательно наблюдавшая за Катериной, вдруг воскликнула:
- Ой, Пушкарева, это ты что ли?
- Я, - удивленно произнесла Катя. Она не знала эту девушку.
- А я смотрю – ты, не ты! Да ты, правда, не узнаешь меня? Ну, я же Майя, из параллельного класса! Вспомнила?
И тут Катерина вспомнила. Майя училась в Катиной школе в параллельном классе и была такой же гордостью школы, как и Катерина. В старших классах они даже дружили на почве участия в одних и тех же престижных городских и всероссийских олимпиадах. Только сама Катя блистала в математических дисциплинах, а Майя всегда, сколько помнила Катя, занималась биологией. Она самозабвенно посещала юннатские кружки, пропадала в анналах зоопарка, ухаживая за самыми разными животными, могла часами сидеть «в засаде», наблюдая за повадками зверей и птиц. После школы она, как и Катя с Колькой, поступила в Большой университет, но на биофак, где обучалась профессии орнитолога. Больше Катя ничего о ней не знала, кроме того, что Майя где-то с третьего курса начала ездить в экспедиции. И вот теперь она стоит перед Катей и извиняется за то, что Катерина чуть не угодила под колеса её джипа!
- Какая ты стала, Пушкарева! Тебя и не узнать! Миша, познакомься – это Катя Пушкарева, моя школьная знакомая, отличница и активистка, а теперь и почти красавица! – тараторила Майя, стараясь не думать о дорожном происшествии.
Молча наблюдавший все это время за происходящим молодой человек, снова протянул Кате руку и, уже по-дружески улыбнувшись, сказал:
- Михаил. Рад, что остались живы!
Катя вложила ладошку в руку Михаила, подняла на него глаза и, почти не удивившись, заметила про себя, вздохнув: «И этот тоже! Ну да, ничего удивительного, чудеса продолжаются!» Естественно, Михаил был похож на Андрея, как брат-близнец. Справедливо подумав, что это неспроста, Катерина решила дождаться продолжения знакомства. А, собственно, что еще ей оставалось делать!
Пока Михаил, перенеся Катю в машину, осматривал её ногу и констатировал небольшое растяжение связок, Майя, не дожидаясь неловкой паузы, тараторила без умолку, и было видно, что она очень довольна таким счастливым поворотом событий - несостоявшейся аварией со смертельным исходом, встречей с Катей, и собственной жизнью в том числе. Она рассказала, что они с Мишей возвращаются из свадебного путешествия с Галапагосских островов. Такой подарок ей сделал Мишка, зная её увлечение биологией!
- Это удивительное, эксклюзивное место, таких на Земле больше нет! Какая красота, правда, Миша? Там столько уникальных видов животных и растений, я наснимала столько фото, что хватит разбирать до конца жизни! Но главное, у меня практически готова диссертация! А как у тебя с наукой? – вдруг спросила Майя и опять начала рассказывать Михаилу, какой умной и талантливой Катя была в школе и в универе, где о ней вспоминают в восторженных тонах и очень гордятся.
- Да никак у меня с наукой, - горестно пробурчала Катя, - не до неё мне совсем.
- Ну, растяжение связок совсем не повод не думать о науке, – глубокомысленно промолвил Михаил. – Уважаю умных женщин, и совершенно не согласен с утверждением некоторых мужчин о том, что удел женщины «Три К». Женщина должна быть не только красива, она должна быть умна и внутренне свободна, только тогда у неё есть шанс в этом мире стать Личностью, только тогда она интересна любому мужчине, - изрек Михаил фразу, совершенно не свойственную обыкновенному среднестатистическому мужику. Катя с удивлением уставилась на него и подумала, что со Ждановым Михаил имеет всего лишь портретное сходство, а вот умом стоит гора-а-а-здо выше её любимого босса.
Михаил, с помощью Майи распотрошив аптечку, достал из неё эластичный бинт и аккуратно забинтовал Катину ногу. Стало гораздо легче, она даже попробовала наступать на неё.
- Давай, мы отвезем тебя домой, - предложила Майя, вопросительно глядя на Катерину.
Катя посмотрела на часы и поняла, что возвращаться к Жданову уже поздно, скорее всего, Серж уже успел ему всё рассказать. И заявиться туда сейчас, нарушив их мужской разговор, было бы смерти подобно. Всю накопившуюся злость и беспомощность Андрей может запросто обрушить на Катю, как это часто и случалось в их совместной работе. «Андрея лучше всего оставить сейчас с Сержем, он найдет нужные слова, они поговорят как мужчины, и Андрей не посмеет раскиснуть перед ним, будет держаться».
Не успела Катя все это обдумать, как Майя с Михаилом пригласили её к себе в гости на чай, с обещанием показать собственный видеофильм о Галапагосских островах и своем на них пребывании.
- Мишка у меня человек творческий, писатель, он любит всякие странные детективные истории расследовать и описывать в книжках, а когда нет никаких сюжетов в обычной жизни, он снимает видеофильмы, а потом на их основе пишет рассказы. – Майя засмеялась счастливым смехом. – А иногда бывает и наоборот. По его рассказам даже сняли несколько очень приличных фильмов.
- «Человек без пистолета» - слышала? Катя не слышала. Она пыталась поймать мысль, мелькнувшую в уставшем мозгу, но мысль не желала оформляться во что-то конкретное.
- Он сам и расследованием занимается? – переспросила Катерина и, получив утвердительный ответ, опять попыталась договориться с собственным разумом.
«Миша – писатель-детективист, занимающийся расследованием преступлений. Значит, он может быть полезен нам с Андреем. Как сказал леший Кузя? Надо узнать, кто и почему мог дать Андрею эту отраву? Да, именно так. Я должна это узнать, чтобы понять и простить этого человека или этих людей. Только тогда можно давать противоядие Андрею. Сама я буду разбираться во всём этом очень долго. Но могу ли я доверять Михаилу настолько, чтобы посвятить его в эту историю? Вдруг он окажется совсем не таким приятным и умным, каким показался мне при первой встрече?» Так размышляла Катерина, с удовольствием распивая чаи на уютной кухне молодоженов. И в конечном итоге, пришла к выводу, что Михаил совсем не случайно внешне так похож на Андрея - это сигнал того, что ему можно доверять и просить о помощи.
Решившись рассказать Михаилу о своей беде, Катя, недолго думая, приступила к действию. Утолив жажду ароматным южноамериканским чайным напитком и послушав рассказ о путешествии на Галапагосы с иллюстрациями, она попросила Майю дать ей возможность поговорить с её мужем наедине, заверив, что не собирается покушаться на его мужское достоинство, а лишь спросит совета как у профессионального детектива. Майя легко согласилась и, сказав, что ей давно пора отдыхать, а её любимый муж вовсе не профессионал, а любитель и писатель
детективов, что, безусловно, гораздо больше ей нравится, весело удалилась.

В то время, пока Катерина Валерьевна размышляла над тем, открывать ли тайну Жданова Михаилу Саблину (а это был именно он, как правильно понял вдумчивый читатель), в квартире самого Андрея Палыча происходило событие поистине судьбоносное, которое запросто могло повернуть жизнь не только самого Андрея, но и всех людей, причастных к славной компании «Зималетто», в совершенно другое, таинственное и загадочное завтра. И то, каким будет это самое «завтра» сотен людей, напрямую зависело сейчас от Сергея Волкова, агента 001 ОСБ страны. Серж не зря носил почетное звание «незаменимого и бесценного сотрудника» этой самой Особой службы безопасности, ему по силам было выполнение любых самых сложных и невыполнимых миссий. Однако сейчас, обдумывая предстоящий разговор с Андреем Ждановым, он хорошо отдавал себе отчет в том, что этот разговор будет очень нелегким, и его исход совершенно непредсказуем. Да и кто может дать ответ, как поведет себя человек, попавший в такую передрягу. Раздумывая таким образом, и направляясь к спальне Андрея, Серж услышал звонок в дверь. Он мгновенно замер, бесшумно подошел к двери и посмотрел в экран домофона. На площадке стоял Александр Воропаев собственной персоной.
- Жданов, ты дома? Открой мне, я знаю, что ты дома! Мне срочно нужно подписать векселя! Слышишь, Андрей, мне нужны деньги! Тебе этого не понять, ты в них никогда не нуждался!
Серж понял, что, скорее всего, Воропаеву действительно срочно понадобились деньги, но без подписи Жданова или Пушкаревой ему никто их выдать в «Зималетто» не мог. Вот он и явился к Андрею домой, в надежде договориться и получить подпись прямо сейчас.
«А зачем бы еще Воропаев мог прийти домой к Жданову, как не за деньгами?» – подумал Волков и тихо отошел от двери, закрыв её предварительно еще на один секретный замок. Невзирая на продолжающийся трезвон, он отправился в спальню к Андрею. Открыв роскошную дверь, видавший виды агент 001 охнул и в первый момент отпрянул обратно в прихожую. Поняв, что опасности никакой нет, а волосатый питекантроп, сидящий на огромной кровати, и есть Андрей Жданов, Волков зашел в спальню, прикрыв за собой дверь.
На Андрея, или вернее на то, что от него осталось, было больно смотреть. Разбуженный назойливыми трелями звонка, он сидел весь взлохмаченный, растерянный и почти потерявший человеческий облик.
- Кого там еще принесло? Раззвонились тут! – бормотал Жданов. Увидев Сержа, он дернулся в нервном испуге и уставился на него. Несколько секунд непонимающий взгляд Андрея буравил лицо Сержа. Затем, как будто поймав какую-то мысль, Жданов вскочил на ноги, подбежал к Сергею и, тыча указательным пальцем то себе, то Сергею в грудь, жалобно забормотал:
- Вы кто? Вы – я??? А я?.. Я не понима-а-ю-ю… Я болен… У меня началось раздвоение личности… Боже, это уже реальная психиатри-и-я!... Мама дорогая… Но почему?!! Или вы мне снитесь??! Ка-тя! Где Катя?
- Нет, я не сон, и у тебя не раздвоение личности, – как можно более твердым и спокойным голосом сказал Серж. - Меня зовут Сергей Волков, я здесь, чтобы помочь тебе.
- Мне?…А-а..? Я понял, я наверное уже умер, и Вы моя реинкарнация, - голос Андрея звучал все так же растерянно и жалобно.
- Да нет никаких реинкарнаций, до этого дело пока не дошло, но положение твоё действительно незавидное. Поэтому постарайся успокоиться и слушай очень внимательно, - произнес Волков не признающим возражений тоном и вкратце изложил версию того, что произошло с Андреем.
– Но самое главное ты должен понять: всё можно исправить, и мы над этим очень усиленно сейчас работаем. Однако одних наших усилий мало, нужно, чтобы не только мы с Катей вытаскивали тебя из ямы, в которую ты угодил, но и ты сам должен приложить к собственному спасению ум и душевные силы, - закончил Серж свой рассказ.
Андрей был настолько растерян и потрясен услышанным, что сначала даже не мог сосредоточиться. Только упоминание имени Катя, казалось, привело его в чувство.
- Катя? А где она? Почему здесь нет Кати?!! Она обещала, что не оставит меня, а сама сбежала, увидев меня в таком… виде! Господи, даже Пушкаревой я не нужен!.. За что мне всё это?!!
Чтобы прекратить стенания Андрея, Серж самым строгим и властным голосом, на который только был способен, велел ему замолчать и слушать дальше.
- Запомни, Жданов: Катя Пушкарева – единственная женщина, которая тебя действительно любит. Если бы не она, мы просто не стали бы заниматься твоим спасением, потому что это было бы бесполезно. Только благодаря её любви к тебе наши усилия могут привести к успеху операции.
Объяснив горемыке, что Катерина его не бросила, а наоборот, борется за него из последних сил, Серж включил свой Коммуникатор и стал показывать Андрею, как проходит расследование его дела, и чем сейчас занимается Катя. Сначала Андрей выглядел безучастным, но когда на экране появилась Катерина, беседующая с …ним самим, оживился:
- Это где мы? Какая-то кухня…
- Это не ты. Это очень похожий на тебя писатель-детективист, который, кажется, сейчас соглашается нам помочь. К этому делу привлечены уже много людей, способных помочь снять с тебя чары не-ври-травы. Ты не имеешь права их подвести. Слышишь, Жданов, не имеешь права! – и Серж начал показывать Андрею на экране кадры Москвы и Санкт-Петербурга, на которых сам Серж и очень похожий на него давно не стриженный парень вместе с какими-то еще людьми принимали участие в его спасении.
- О господи, Ширли-мырли какие-то! – бормотал Андрей, вглядываясь в знакомые до каждой черточки лица своих спасателей.
- Что ты там бубнишь, Андрей, я не понимаю! – строго спросил Волков.
- Да я говорю, что чувствую себя сейчас главным героем какого-то старого фильма. «Ширли-мырли», кажется, называется! Ох, и не люблю я эти ремейки! – повысил голос Андрей, и Серж с облегчением услышал в нем прежние язвительные нетерпеливо-уверенные нотки. – А чё вы все так на меня похожи? Нарочно, да? Поиздеваться решили? За-ме-ча-а-тельно!
- Ну, во-первых, это наш фирменный стиль, мы всегда при выполнении задания его используем. Стараемся, видишь ли, создать образ, приближенный к оригиналу, чтобы лучше понять клиента, с которым работаем. А в твоем случае вообще всё просто. Перед нами была поставлена задача не дать исчезнуть с лица Земли такому редкостному экземпляру. Ты же понимаешь, Андрей Палыч, таких красавчиков, как ты, в Москве и окрестностях больше просто нет. Я не в счет, я на задании! - улыбнулся Серж, увидев, как дернулось в готовности возразить ему лицо Андрея, и продолжил:
- А если наша миссия провалится, и ты не станешь прежним, руководство ОСБ надеется таким образом решить проблему генофонда страны, – снова хитро улыбнулся Серж и уже сурово закончил:
- Это я к тому говорю, чтобы ты понимал серьезность момента: если ты не сможешь или не захочешь нам помочь и провалишь операцию, мало того, что сгинешь сам, так этого еще никто кроме Пушкаревой и не заметит! Кстати, с завтрашнего дня я приступаю к работе в «Зималетто» вместо тебя. Пока временно, чтоб вопросов не возникало, а потом…
- Да хочу я вам помочь! – воскликнул запальчиво Андрей. – Только не знаю как! Что я могу сделать-то, сидя здесь в таком виде!
- А вот это мы сейчас и обсудим, – охладил ждановский пыл Волков. – Только пообещай, что будешь выполнять все инструкции, которые последуют в процессе работы. – И слушаться меня!
- Я постараюсь, - мрачно ответил Жданов.


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:11 | Сообщение # 670
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Глава 6.
- Постарайся - постарайся! – приободрил Жданова Серж. – Мы, конечно, не сможем тебе помочь без "змеиного корня", но раздобыть его – задача Катерины, а вот смягчить действие не-ври-травы, ослабить его, можешь ты сам. Нет, чуда не произойдет, и совсем блокировать воздействие зелья не удастся, но замедлить распространение яда в твоем организме получится. Жданов, ты заметил, что приступы стали менее частыми? Что промежутки между превращениями тебя в монстра увеличились?
Жданов удивленно заморгал. Он потер некогда красивое лицо изувеченными руками, пытаясь сконцентрироваться. Да, пожалуй, его собеседник прав. Только он, Андрей, пребывающий в последнее время в полуобморочном состоянии от боли и страха, предполагал, что это результат той жидкости, которую его заставила выпить Катенька. При мысли о Кате на душе потеплело. Спасибо, Господи, что у него есть Катерина! Она так отважно борется за него, так предана и бескорыстна! Он не имеет права раскисать и поддаваться унынию… Он будет очень стараться, сделает все, что ему порекомендует этот подозрительный тип, похожий на него прежнего, как 2 капли воды. Ну и ладно, в конце концов, внешность – не главное! Главное – есть люди, которые протягивают ему руку помощи. Он не станет плевать в эту руку.
Жданов кивнул, соглашаясь со словами гостя. Тот продолжил: «Это твоя заслуга. Ты перестал врать. Просто некому. Ты изолировал себя от общества, ситуация получилась искусственная, но она сработала. Мы проанализировали процессы, происходящие в тебе, и пришли к заключению: если ты прекратишь лгать и станешь говорить правду (или то, что сам считаешь правдой), то сможешь облегчить свои страдания. Пока, во всяком случае, шансов убедиться в обратном у нас не было. Именно потому, что ты не отвечаешь на телефонные звонки, ни с кем не общаешься…» И тут Жданова бросило в жар – он вспомнил их «общения» с Катериной. И то, как это было… сказочно… Он знавал многих женщин, был пресыщен ими, Катя его никогда не интересовала, как сексуальный объект, в той ночи с ней он искал, скорее, забвения, а получил… А получил любовь. Любовь. Нежность. Искренность. Вероятно, его последний подарок от Судьбы… И самый лучший.
- Я все понял. Ты хочешь, чтобы я пообщался с кем-то, не говоря ни слова неправды?
- Начни со своей невесты. Не жены, невесты, – уточнил Волков, давая понять Жданову, что в курсе матримониальных махинаций главного ловеласа столицы. – Я сегодня в «Зималетто» проявил массу изворотливости, чтобы избежать встречи с ней. Удивительно, что она, дабы все выяснить, к тебе домой не заявилась.
Н-да, и в самом деле – удивительно. Абсолютно не похоже на Киру. И, Андрей включил мобильный, оттуда посыпались сигналы о непринятых вызовах, не менее удивительно, что ни вчера, ни сегодня Воропаева его не беспокоила. Немыслимо! Горько сознавать, но вывод напрашивается сам собой: Кира ЗНАЛА, что с ним происходит, а следовательно, имела ко всей этой жути непосредственное отношение. Что ж, вот это мы сейчас и выясним!
Он решительно набрал Кирин номер, но вести разговор с невестой при Волкове, разумеется, не стал, ушел в спальню.
«Поду-у-маешь, какие мы джентльмены!» - хмыкнул про себя Серж. Пусть разговор личный, приватный, но спецагенту не до соблюдения приличий: он выполняет здесь особую миссию и не должен оставлять ситуацию без контроля. Поэтому Волков натянул на голову шапку-невидимку, тихонько подошел к двери в спальню и осторожно ее приоткрыл. Судя по всему, Жданов уже миновал первую фазу разговора и сейчас возмущенно орал в трубку: «Ты хочешь правды?! Ты?! А сама готова рассказать мне все? Говоришь, тебе нечего скрывать? Ну так и мне – нечего! ... Оставь Пушкареву в покое! ...Да, я ее защищаю и буду защищать. Почему? Потому что она дорогой мне человек! Более того, она – моя жена!... Да, я лгал тебе. Кира, я никогда на тебе не женюсь… Не имеет значения, почему я женился на Кате….Нет, не по любви, смеешься что ли, я ее не люблю…» И тут Волков стал свидетелем, как задремавший было в Жданове зверь снова набирает силу. Дикий рык вырвался из глотки Андрея, а боль, адская, невыносимая, пригнула его к земле. Волна безудержных конвульсий прошла по всему телу, заставив мужчину извиваться в страшных муках, судороги сжали в кольцо руки и ноги, а позвоночник выгнулся так, что, чудилось, готов был вот-вот переломиться. Боль разрывала Андрея изнутри, она словно стремилась выбраться из этого человеческого пристанища, чтобы затопить своей чернотой весь мир.
«Вот тебе и доказательство. Значит, Андрей все-таки любит Катю…»

- Катя, это Михаил Саблин, помните меня? Я – муж Майи.
Катерина, съежившись под грозным взглядом отца, топтавшегося тут же, в прихожей, слабо пискнула в трубку:
- Да, Михаил, естественно, я Вас помню, мы же виделись накануне.
Пушкарев недовольно цыкнул языком: ишь ты, совсем распоясалась дочка! Вчера возвратилась поздно, пахло от нее сигаретами (Саблин дымил, как паровоз, но Валерию Сергеичу об этом было неведомо), с родителями и словом не перемолвилась, сразу спать пошла, всю ночь, по словам Елены, в постели металась. Они боялись, не заболела ли. Катюшка в этой «Зималетте» своей совершенно от рук отбилась! Днюет там и ночует, а главный авторитет теперь у нее – АндрейПалыч. А как же он, отец?! Но сейчас звонит не Андрей Павлович Жданов, президент «Зималетты», а какой-то неизвестный Саблин, так он представился бдительному Пушкареву, умудрившемуся подойти к телефону раньше Катерины.
Девушка расстроилась, услышав голос Михаила. Она ждала совсем другого звонка. На звонок от Андрея она уже и не надеялась, это было бы настоящим чудом, а всем известно, что чудес на свете не бывает, но Волков обещал позвонить. Вчера он с ней связался и непререкаемым тоном запретил приходить к Жданову. Добавил только, что они поговорили, Андрей теперь понимает, что с ним творится. Катя чутким ухом (или сердцем?) уловила тревожные нотки в голосе Сержа, но тот больше не стал ей ничего объяснять. Она вернулась из гостей домой, счастливо избежала расспросов родителей, но ночной отдых не получился: ей снились кошмары, Катерина все время во сне за кем-то бежала или убегала от кого-то…В ее сне почему-то были Саблин, который швырял миски с салатами об стены, и Волков, нагло ухмылявшийся ей в лицо, а еще был Кузя с холодильником и матерью… И все это было очень страшно.
- Я, Катюша, по поводу нашего давешнего разговора. Я покопался в своих записях, вспомнил кое-что, связался кое-с кем и, думаю, у меня есть координаты той самой медсестры с прозрачными глазами. Именно ее прозрачные глаза навели меня на мысль. Не так давно я лежал на обследовании, и мне в больнице довелось столкнуться с одной…гм… особой. Тесно так столкнуться. Майе об этом знать не обязательно, кстати. Мне кажется, медсестра Тамара - та, кого вы ищите. Диктую телефончик…
Катя записала номер, поблагодарила Саблина, пообещав держать детективщика в курсе событий, потом попыталась ускользнуть от сурового отца, но была препровождена им на кухню, где Валерий Сергеич дал волю своему гневу. Катерина смиренно выслушала все, по опыту зная, что если не перечить, то можно обойтись малой кровью. В результате, добрейшая ЕленаСанна осталась на кухне усмирять супруга, убеждая не задерживать дочь, чтобы та не опоздала на работу, а Катерине удалось ретироваться в свою комнату практически без потерь. Здесь она сразу же схватила мобильный и набрала номер Волкова, данный ей под большим секретом и только на случай непредвиденных обстоятельств – Волков предпочитал звонить барышням сам. Он вообще был очень самостоятельным парнем.

Они встретились в «Зималетто». Жданов, о котором только Катя знала, что это вовсе не Жданов, и Пушкарева, о которой только Волков знал, что она – любимая женщина президента компании по пошиву модной одежды, по совместительству - ее законного супруга.
Выслушав подробный отчет Катерины, Серж сдержанно проронил:
- Мы проверили информацию. Похоже, твой приятель не ошибся. Через час ты должна будешь отправиться на встречу с этой ведьмой. Да-да, Катя, ведьмой, ей уже триста лет, но она все еще молода. Потому что платой за ее труды являются отнюдь не деньги. Человек даже не понимает до конца, на что он подписывается, договариваясь с ней об услуге. Пойти на это может либо глупец, либо тот, кто люто ненавидит…
Он улыбнулся, увидев проблеск понимания, мелькнувший в глазах самой страшненькой секретарши этого рассадника красоты.
- Да, Екатерина Валерьевна, мы подозреваем одного и того же человека. Но подозревать мало, надо знать. Поэтому к ведьме ты отправишься в сопровождении товарища, который поможет вывести ее на чистую воду, ему не привыкать. А твоя цель, воспользовавшись дезориентацией (увы, временной!) злой колдуньи Тамары, выяснить, где находится "змеиный корень" и как его раздобыть.
То, как кисло Волков, обычно благожелательный, говорил о ее будущем спутнике, насторожило Пушкареву – вряд ли этот Ганимед будет из людей приятных.

Ведьма смотрела на мужчину и ощущала, как паника охватывает все ее существо – она столкнулась с кем-то более сильным, чем она сама, потому что магия не подействовала на жертву, а ведь превращение уже должно было состояться! По крайней мере, хоть какие-то изменения должны были быть: по статистике, любой человек врет не менее 4 раз в сутки. А объект… Она принюхалась, заглянула ему в глаза… Полно, да человек ли это?! Он – живой мертвец, лишенный начисто всех человеческих эмоций, он душевно выхолощен, нечувствителен к утратам и приобретениям. Ему нечего терять, он ничего не боится. Она могла бы применить к нему магию некроманта (что было рискованно: она бы потеряла то, над чем столько работала – дополнительные годы неугасимой молодости), но он в союзе с Катей, этой пышущей жаждой жизни девицей, умеющей глубоко чувствовать и любить, а потому магия потеряет почти всю свою мощь. Можно было бы применить колдовство к Катерине, но из-за ее спутника оно тоже не сработает в полной мере. Как же так, почему она допустила ошибку, не выяснив все об объекте? Почему взялась за это дело так неосмотрительно? Саблин виноват! Уж больно похож был Жданов на негодяя, вскружившего ей голову, а затем беспардонно бросившего! Стремление отомстить подтолкнуло ее к этому шагу, именно схожесть Жданова с Саблиным оказалась роковой. Ну и, конечно, следовало пополнить запасы эликсира молодости. Холодными, прозрачными, будто у змеи, глазами, она внимательно посмотрела на развалившегося в кресле красавчика. Ей ответил такой же холодный пустой взгляд.
Битва началась.

Глава 7.
Битва началась.
Но тут же и закончилась. Глупо стараться применять магию к тому, кто сделал смыслом своего существования скольжение над омутом небытия. Взрыв материи уничтоженного некроманта перенести сложно, и хорошо, если дело обойдется без аннигиляции. Зеленые глаза ведьмы потухли. Иван Никитин, а это был именно он, встал, сухо откланялся, и, опустив веки, холодно помог подняться беззвучно ронявшей слезы Катерине: врагу не пожелаешь стать свидетельницей безмолвной дуэли темных сил, само существование которых ее рациональное сознание отказывалось принять до сих пор. Более того, она понимала, что ее любовь пока бессильна нащупать брешь в цепочке морока, околдовавшего Андрея. А время шло... Никитин был, впрочем, спокоен и торжествующе мрачен. В гробовом молчании они вернулись в квартиру Жданова.

Тамара сидела, отрешенно глядя в одну точку. Что происходит? Сколько веков еще ее будет преследовать этот образ? Темный лес густых волос, по тропинкам которого так и хочется пройтись кончиками пальцев, глаза то шоколадно-детские, то коньячно-порочные, голос, бархатной бабочкой порхающий в глубине души и ниже...
Тогда, в первый раз, мятежный Демон, дух изгнанья, погубил ее душу, любя, не желая того. Красота не победила зло, и несший ее ангел спасовал перед закрытыми воротами Рая. ...она стала ведьмой от горя и бедствий, поразивших ее.
Короткая встреча век спустя. Ах, Бенчик, Бенчик, такое солнце! Спалил этот огонь и его, и всех вокруг, не сумев стать светочем, и опять она Лизой Мельниковой, Бедной от века Лизой, летела по небу полуночи, уже без ангела.
И Саблин. Мимолетные связи, прощанья без сожалений, человек-ветер, альбатрос... нет, гусь полулапчатый. А ей так хочется тепла!

Серж с несвойственной ему торопливостью примчался из глубин квартиры на короткий звонок. Катерина рухнула было кулем под мышку его не успевшей отдернуться руки, оставила влажный след от щеки на ворсинках свитера, и он привычно подумал о родине. Но Катя, встрепенувшись, по пути надевая маску в стиле Хаббарда, побежала к своему чудищу печальному. Никитин не стал даже проходить. "Напрасно вы побеспокоили меня. Я не даю жизнь, я могу лишь отнять у смерти. Конечно, вырвавшаяся в астрал энергия паники и непонимания происходящего дала возможность пробиться через энергетическое поле этой ведьмы, но не знаю, поможет ли вам то, что стало мне известно: она хочет тепла." И добавил, прислушиваясь к жалобному урчанию вперемежку с гневным рыком: "Человек никогда не сможет сказать правду другим, не узнав правду о себе самом."

А воплощенное тепло, солнечный зайчик Роман Дмитриевич Малиновский, гулял в это время по ручейкам переулочков Парижа. Неимоверные полгода на грани катастрофы, когда они с Палычем балансировали над бездной, закончились, "Зималетто" триумфально вышло из кризиса, Пал Олегович последовательно завоевывал рынок Лондона, Прага была у ног Милко, японцы настаивали на продлении контракта, а сам он готовился возглавить представительство "Зималетто" в Париже. Еще вчера жизнь казалась малиной, и он с неожиданной смелостью думал, а не жениться ли ему на прелестной Мишель, смешной стюардессе со вздернутым носиком, которая его чуть с ума не свела, доказывая, что Москва - это Африка. Однако ночью ему приснился сон: Екатерина Пушкарева сладострастно запихивает Андрюшу ростом с локоток в ящик письменного стола, а Жданыч при этом самозабвенно грызет какой-то корешок типа петрушки. Все попытки позвонить и поздравить друга с возвращением в холостяцкое состояние, как говорится, не увенчались, а подойдя к Нотр-Даму и узрев знаменитых чудищ, он опять вспомнил Пушкареву. Нет, он отдавал должное ее экономическим талантам, но, в отличие от Жданова, лучше разбирался в людях и видел, как маниакально застывает взгляд Кати на губах и руках Жданова, слышал, как пересыхает в горле, когда она пытается ответить на его дежурное: "Катенька!" Даже где-то, чего греха таить, понимал ее, даже сочувствовал, ведь брак и развод с Принцем на белом коне, бесчувственным болваном, - для нее очень болезненно. Но - была-не была! - решился позвонить ей. Осечка! Что у них там происходит! Еще несколько судорожно набранных номеров, и он немного успокоился: верная Шура сказала, что ничего экстраординарного в "Зималетто" не случилось, а Тропинкина заверила, что и вчера, и сегодня видела Палыча, очень мельком, но живого и здорового. И можно было плюнуть и поехать в Диснейленд, как мечтал с детских... ну, в общем, давно. ""Ну, Палыч, я же романтик , спасти дракона, победить принцессу! Тьфу, что я говорю! " Но ворочалась, никак не засыпала тревога, и Малиновский, наскоро собравшись, поехал в аэропорт и перебронировал билет на ближайший рейс.

Вот и родной reception - жующая что-то, доставаемое из-под стола, Пончева с набитым ртом промычала приветствие: все на обеде, а она, как всегда, худеет. Рома прошел через конференц-зал прямо к Жданову. "Привет!" Жданов, сдвинув брови и почему-то опустив очки на самый кончик носа, внимательно читал проспект с их прошлым показом. При виде Ромки - или показалось? - смутился. "Здравствуйте... здравствуй, Рома!" "Какой-то он мутный. Кира достала?" - Ромка на ходу вытащил из сумки цветную фотку и протянул Андрею: "Вот, это столбики-монстры. Прямо из Парижа. Надо так же Зималеттовские раскрасить, чтобы рассеянные президенты в них не врезались." Ни тени улыбки, лицо спокойное, но чуть напряженное. " А это, - Ромка заговорщицки подмигнул, - мед. И знаешь, откуда? С пасеки на крыше Парижской оперы. Самый правильный мед самых правильных пчел". Жданов моргнул, Ромкины слова повисли в воздухе. Андрей (Серж, конечно!) вертел баночку в руках, и у Ромки холод проник под кожу: на костяшках левой руки не было шрамиков, не заметных тем, кто не знал (глупыми щенками, еще в студенчестве, они на спор лазили в окно третьего этажа, и Андрей чуть не сорвался. О таком идиотизме они никому не рассказывали, но...) Потом произошло то, чего суперский агент ОСБ не мог предположить. Тремя плавными движениями, молниеносно переходящими одно в другое, Ромка перепрыгнул через стол, заломил Сержу руку (баночка глухо стукнула, но не разбилась) и навалился на него изящно и легко, кратко и жестко. "Что с Андрюхой?" - прошипел он со змеиной угрозой. Серж, со всей его хваленой подготовкой, просто так вырваться не смог, пришлось применять почти запрещенный прием - послать чувствительный удар током: да, секретные агенты и такое умеют! Однако, хоть Ромка и дернулся конвульсивно, и обмяк, но захвата не ослабил. На шум выскочила-таки Катя, с калькулятором в руках: смету на следующую коллекцию никто не отменял! "Катя, объясните этому флибустьеру, что с нашим драгоценным Андрюхой".
... Ромка, покачиваясь, как пьяный, с глазами, еще мутными от боли, слушал прерываемый всхлипами рассказ. "Ну, Кира, не ожидал я от тебя такого! Ты, конечно, та еще Гера, но не дура же. Спалить в огне лягушачью шкурку! Еще немного, и потешила бы ты свое самолюбие, Жданов стал бы твоей засушенной добычей. А может, и к лучшему." "Нежные" отношения друга со своей невестой давно вызывали у него преодолимое отвращение.

Для конспирации было решено отправить Романа в квартиру Жданова на метле и в папахе. Вот что странно: и папаха, и метла мгновенно и беспрекословно подчинились Малиновскому - они женского рода (как и Вселенная!), а женщины Ромку любят. Своим ключом Роман открыл дверь и неслышно шагнул в прихожую. Кошачьими шагами - в кабинет Андрея. Существо, по-звериному чуткое, обернулось на шорох. Серебристые бляшки, то ли шерсть, то ли перья, острые загнувшиеся когти на чешуйчатых руках... но полные муки глаза - его, Андреевы. "Так вот ты какой, дракон, которого нужно спасти!"
...не знаю, о чем они говорили до вечера, но, когда вернулись Катя с Сержем, Жданов неуловимым образом был похож на себя прежнего. Даже улыбался. И главное - приступы боли прекратились.

К ужину ждали Саблина. От второго клона Жданова Роман на мгновение оторопел, но почувствовав, как напряглась Андрюшкина спина, взял себя в руки. А Саблин отчасти смущенно признался: есть и его вина в этой истории. Что там скрывать, не понял он, что таилось в прощальном взгляде Тамары. И кто теперь может помочь обиженной женщине, а заодно и выведать тайну заветного корня? Как по команде, головы всех присутствующих повернулись к Малиновскому. "Я? Да вы с ума сошли! Она же ведьма. Угу, конечно, Рома и Тома, будем знакомы." Мозг лихорадочно заработал. Эх, Палыч! Рома вспомнил, как еще совсем недавно, перед майскими, они, радуясь первому по-настоящему весеннему дню, сидели в Ильинском скверике и смотрели, как рабочие из шлангов поливают памятник героям Плевны. А потом, подойдя поближе, прочитали сверкающую надпись : "Нет большего счастья, чем положить жизнь за друга своего". "И это счастье мне предстоит! С другой стороны, Саблин вон чижиком поет, а Жданов расплачивайся." А в глубине души разгорался огонек мужского интереса, и диафрагма в сладком ужасе сжалась в предвкушении ночи колдовской любви. "Только помните, Роман, она хочет тепла!" - вмешался Серж . Ромка лишь хмыкнул: его любовной энергии хватило бы, чтобы растопить антарктические льды.

Я перенесу нетерпеливого читателя в поздний вечер следующего дня. Утомленные, изнемогающие от любви, они странной пентаграммой раскинулись на круглом ложе Малиновского. (И как он это делает?- загадка!) Её глаза из прозрачных и холодных сделались темно-зелеными, как вода у прибрежных камней: так бывает, когда она очень счастлива. Чуть касаясь его пшеничной челки, она ответила на невысказанную мольбу во взгляде:" Молчи! Я знаю, мой хороший, что ты пришел, чтобы его спасти. Но смогу ли я тебе помочь? Только богиня Геката, у которой я испросила пыльцу не-ври-травы, знает, как найти противоядие к ней. Сейчас я оставлю тебе черную свечу, приложишь к ней мед и коврижку или кекс - в общем, любой десерт, и в полночь выйдешь на распутье. Перекресток под твоим окном вполне годится. Произнеси: “Приди, подземная, земная и небесная богиня Геката, богиня дорог и перекрестков, приносящая воздух, ходящая ночью, благосклонная к ночи и сопутствующая ей, бродящая во мраке блуждающим огнем среди могил, наводящая ужас на мертвых. Гор-го, Мор-мо, Бом-Бо, Луна из тысячи ликов, приди к нам, Геката великая”. Если она откликнется, то заберет тебя в ночь и навеет сны. Если будет благосклонна, то даст ответ на твой вопрос. Только постарайся запомнить свои сны!" И она исчезла, только улыбка мерцала в воздухе еще несколько секунд. Малиновский сел, помотал головой... Мор-мо, Бом-бо и как там еще? Вот и мед пригодился. А десерт... Печеньки остались с последнего визита Жданова, когда они смотрели матч "Спартак" и кто-то там. "Что за фигню я творю?" Но где-то внизу уже призывно мигали триадно огоньки светофора.

Две женщины в темных одеяниях стоят над спящим Ромкой. Прекрасен и устрашающ облик одной, змеи в волосах, браслеты на запястьях - это Геката, мрачная богиня тьмы и колдовства. Факел в ее руках освещает лицо того, кто обратился к ней за помощью. Другая - жрица Гекаты, волшебница Медея. Но опущены ее плечи, потух огонь - чему гореть на пепелище? Она смотрела на лежащего юношу, и в глазах ее читалась скорбь. "О, великая Геката, твое всевидящее око заглянуло глубоко в души смертных, о могущественная Геката Фосфора, и увидело, что люди внутренне несут ключи к трансцендентальной силе, врата которой есть ты! Но слаб человек! Когда-то, в другом обличье, ты дала совет Орфею, как вернуть Эвридику, помогла мне усыпить дракона и помочь Язону. И тот, и другой растратили напрасно наши бесценные дары Любви и Жизни. И были жестоко наказаны. Но человек, черты которого так напоминают мне того, кто владел моим сердцем и телом, он в чем виноват? Не достаточным ли уроком было испытание? Может быть, он сделает счастливой ту, чья любовь стала для него прозрением. Простим его! Оставим ему Дар внешний, и да обретет он силу духа и мудрость. Хотя бы ради этого смелого мальчика: он так напомнил мне безвинную жертву моей страсти к Язону. А он был красив, мой наксосский пастух!"
Геката склонилась к изголовью, шевелящиеся змеи издали тихое шипение, пушистые ресницы спящего дрогнули, меж бровей легла складка. Он слушал свой сон...


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:12 | Сообщение # 671
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Глава 8.
Роман Малиновский видел сон наяву. Причем эта явь была настолько нереальна, насколько реален может быть сон.
Он летел. Просто летел, без крыльев, без метлы, без пропеллера, без какой-либо помощи извне. Под ним простиралась Москва, величавая и непоколебимая, с ее проспектами, улочками и переулками, с ее домами, парками и многокилометровыми пробками на автострадах.
Вдруг Малиновскому показалось, что между двумя огромными офисными центрами прямо в центре города блеснул яркий огонек. Резко прекратив бездумно левитировать, Роман сделал кувырок в воздухе, и спикировал, как ястреб, прямо к этому огоньку. Вблизи оказалось, что это маленькое серое здание, непонятно как сохранившееся в самом сердце многомиллионной столицы, на первый взгляд ветхое и неприметное, но от него веяло такой мощной силой, что на подлете к зданию Романа начало очень сильно трепать. Кое-как приземлившись около входа, при этом прокувыркавшись по асфальту, Роман поднялся на ноги, отряхнулся и подошел к крыльцу старинного здания.
Вблизи здание создавало аналогичное впечатление. Неприметное, серое, без каких-либо ярких опознавательных знаков, в окнах полумрак, только периодически возникают нереальные тени. Зато над входом красовалась яркая табличка с надписью «ИЗНАКУРНОЖ». У Малиновского появилось ощущение чего-то знакомого, далекого, из детства...
- Да это же избушка на курьих ножках! Сейчас проверим, – воскликнул он и уже хотел было подняться по ступеням наверх, но его остановил голос, показавшийся очень знакомым:
- В этом ты, несомненно, прав, только тебе туда дороги нет.
Малиновский обернулся. Позади него стоял полноватый мужчина, невысокого роста, коротко стриженый, в черном костюме, в руках он держал темные очки. Единственное, что невозможно было разглядеть, это черты лица говорящего, но он казался таким знакомым. Появилось даже ощущение, что Малиновский видел и слышал этого мужчину каждый день, но где вспомнить не мог.
- Почему же мне туда нельзя? Мне надо помочь Андрею!
- Ты ему уже помог! Ты его друг, ты приехал по первому зову, ты поддержал его в очень трудный момент, ты связался ради него с темной ведьмой, а это многого стоит. Но дальше уже не твоя история и конец этой истории будут творить другие.
- А что же делать мне?
- Рома! Ты же солнечный зайчик, поэтому дари свой свет и тепло окружающим! Лучше всего уезжай на время из Москвы, отдохни, расслабься. Вернись в Париж, к Мишель. Она же тебе нравилась?
Роман молча кивнул, не найдя, что на это ответить.
- Вот и славненько. Только до отъезда ты должен сделать одну вещь: возвращайся в квартиру Андрея, расскажи, что ты видел и где, и передай Сергею Волкову сообщение «Янус ждет ищущих». Он поймет, что надо делать.
Мужчина щелкнул пальцами, и Роману показалось, что он со скоростью кометы удаляется от этого неизвестного (или все-таки известного?) мужчины, от серого здания со смешным названием «ИЗНАКУРНОЖ», прочь из нереального сна, и возвращается на перекресток под окнами его собственной квартиры.
Малиновский открыл глаза, пошевелил руками, ногами, покачал головой. Это что, все было на самом деле? Он оглянулся по сторонам, вроде никого нет, звенящая тишина. Поднявшись, он быстро побежал домой. Переодевшись, он спустился к подъезду, сел в машину и отправился на квартиру к Андрею.
Волков и Катя пили чай на кухне, из спальни Андрея раздавалось тихое похрапывание. Вдруг раздался звонок в дверь. Волков подскочил со стула и быстро побежал открывать. Через минуту он вернулся на кухню в компании Малиновского, который активно жестикулировал, пытаясь как можно быстрее рассказать об увиденном.
Усадив Малиновского на стул и дав ему стакан воды для успокоения, Волков и Катя хором сказали:
- А теперь рассказывай!
Внимательно выслушав рассказ Романа, Волков сначала задумался, но потом улыбнувшись, сказал:
- Если начальство решило вмешаться лично, значит, все будет хорошо. Янус слов на ветер не бросает!
Малиновский и Катя одновременно обернулись и посмотрели на Сергея.
- Кто такой Янус? И какое-такое начальство?
- Отвечу сразу на два вопроса: Янус и есть мое начальство, а кто он такой вы узнаете в положенное время. Теперь дальше. Малиновский, билеты в Париж я тебе забронировал, вылет у тебя рано утром. Так что собирайся.
- А если я не уеду?
- Если Янус сказал ехать, то надо ехать! А то потом будет плохо всем! А я найду человека, который должен принять участие в следующем этапе операции по «спасению Жданова». И поедешь к нему ты, Катя!

Романа Емельянова мучили ночные кошмары. Ну, не то чтобы кошмары, так, маленькие кошмарики, можно сказать видения. Ему, как человеку трезво мыслящему, не верящему во всякую чепуху, и которого никогда не посещали тревожные сны, это казалось несказанно удивительным.
Один раз он видел женщину, высокую, стройную, со смоляными волосами, и зеленоватыми глазами, прозрачными и холодными. И она все говорила, говорила, говорила… При воспоминании об этом сне его до сих пор кидало в холодный пот.
Потом приснилось, что он крутой бизнесмен, олигарх, владелец крупной компании, выпил волшебной фигни (то ли «не-пей-вода», то ли «не-ври-трава»), от чего его начало серьезно трепать, и он оброс шерстью.
А недавно ему приснился большой рыжий кот, который терся спиной о пузатый красный холодильник, и при этом знакомым голосом (Роману даже показалось, что он слышит свой собственный голос) сообщил, что его зовут Тигра и он имеет непосредственное отношение к Кузькиной маме.
- У меня никогда не было кота, тем более рыжего, тем более Тигры, и красные пузатые холодильники я видел только в старых журналах, - сказал сам себе Рома, стоя на собственной кухне и смотря на свой собственный холодильник, современное чудо техники, черное и блестящее.

Ярким солнечным утром Рома как обычно ехал по Москве, улыбаясь симпатичным девушкам, проезжающим мимо за рулем дорогих иномарок, подкидывая и ловя ртом маленькие конфетки. Проезжая мимо огромного офисного здания на Кутузовском проспекте, где, как понаслышке знал Рома, располагался модный дом, он увидел картину, от которой подавился конфетой и чуть не въехал в проезжающий мимо грузовик. Картина была настолько шокирующей, что Рома, до этого считавший себя вполне адекватным человеком, решил, а не посетить ли ему доктора соответствующей специальности.
Около входа в здание модного дома («Зималетто» - прочитал Рома название на вывеске) стояла его девушка, Вероника. Настораживало сразу несколько факторов. Во-первых, Вероника несколько дней назад уехала в Минск к родственникам, и сегодня утром звонила ему оттуда. Во-вторых, у девушки возле входа в здание были косички и круглые очки на носу, да и одежда на ней не соответствовала Вероникиному гардеробу. И при этом девушка была похожа на Веронику как сестра, нет, как точная копия, клон. Но самым шокирующим был третий фактор. Возле девушки стоял ОН САМ, в костюме и при галстуке. В руках мужчина держал метлу с седлом и лохматую папаху.
Внезапно метла превратилась в портфель, в который мужчина запихал папаху. Потом он взял клона Вероники под локоть, что-то ей сказал на ушко и повел в сторону близлежащего кафе с милым названием «Ромашка».
Некоторое время Рома переваривал увиденное, даже начал себя щипать за разные места, чтобы наверняка проснуться в случае сна (было больно и сон не проходил), смотрел несколько раз в зеркало, пучил глаза, высовывал язык, в общем, пытался понять, что с ним не так. В итоге, он мужественно принял решение, что это обычные глюки, являющиеся следствием ночных кошмаров последних дней, недосыпания и выпитого вчера пива.
Успокоившись, Рома завел машину и потихонечку поехал в офис «ППО», где он собственно и работал старшим системным администратором.
Прошло несколько дней. Было обычное утро, Рома не спеша ехал на работу по знакомым улицам.
Кошмары прекратились, но спать нормально у Ромы не получалось. Голову разрывали вопросы, на которые не было ответов.
Рассказать Веронике, что у нее есть клон или нет? А про мужчину на метле и с папахой? Эти вопросы Рома задавал себе все время после увиденного у «Зималетто». Если рассказать Веронике обо всем увиденном, она, скорее всего, рассмеется и скажет, что он ошибся, или, в худшем случае, скажет, что тронулся умом на почве плотного общения с компьютерными играми. А если нет?
Так и не решив, говорить или молчать, Рома подъехал к офису. Поднявшись на этаж, он зашел к себе в кабинет, включил компьютер и мрачно уставился в монитор. На экране пробегали строчки загружаемых программ. По окончанию загрузки на экране возникла картинка. Роман тихо охнул от удивления и медленно сполз с кресла на пол. Опять началось!
Вчера он любовался на экране тропическим пляжем, там было море, золотистый песок и пальмы. Сегодня же на него смотрел огромными зелеными глазищами рыжий кот и, при этом, еще махал лапой в знак приветствия. Внизу было написано одно слово: «Тигра».
Раздался стук в дверь. Роман дернулся, резко встал с пола и уселся в кресло.
В кабинет, улыбаясь и стреляя глазками, вошла секретарша шефа, Юля.
- Привет! Ты сегодня какой-то нервно – бледный…
- Плохо сплю последние дни.
- От одиночества?
- От головной боли!
- Ладно-ладно. Но если что, я всегда готова помочь…
- Юля, что тебе надо?
- Не кипятись. БГ просил передать, что у него тебя ждут трое.
У Романа что-то нехорошо ёкнуло внутри и ушло в пятки.
- Кто???
- Сам БГ, командировка и девушка.
- Какая девушка?
- Неформатная.
Рома с шумом выдохнул, выдавил из себя подобие улыбки и просипел:
- Зайду через пару минут.
Юля не спеша вышла из кабинета, при этом, демонстративно виляя всем, чем можно было вилять, и послав воздушный поцелуй через плечо. «Вот, зараза, никак не успокоиться», - подумал Рома, и повернулся к компьютеру. Рыжий кот хитро улыбался с экрана, и при этом показал язык Роме.
- Пьфу на тебя! Мистика какая-то! Чувствую себя героем какой-то новогодней сказки!
Собравшись с мыслями и силой воли, Рома вышел из кабинета и направился к шефу. Постучав в матовую стеклянную дверь кабинета шефа, он, не дожидаясь особого приглашения, вошел.
- Доброе утро, БГ! И куда меня хотят отправить на этот раз? Надеюсь, не в…
Внезапно дар речи у Ромы пропал и мысли разбежались в разные стороны, когда он увидел девушку, сидящую за столом. Это был клон Вероники, в очках и с косичками, и этот клон посмотрел на Рому, улыбнулся брекетами, и сказал:
- Доброе утро, Роман Федорович!
Если сказать, что Рома, удивился, это не сказать ничего. Он судорожно вцепился в ручку двери, грозясь выломать ее совсем, дар речи отказывался возвращаться к хозяину, и все что Рома, который обычно всегда знал что нужно сказать девушке, смог только заикаясь выдавить из себя:
- Дддооброе! Вы ккто?
- Это Катерина Пушкарева, личный помощник президента компании «Зималетто», - ответил за клона БГ. – У них проблемы с техническим и программным оборудованием, они хотят воспользоваться нашими услугами, и просят (а это просьба президента компании!), чтобы этим занялся лично мой лучший специалист.
Рома посмотрел на шефа. Вроде серьезно говорит, не улыбается. Немного расслабившись, Рома опять посмотрел на девушку. Ну не так и похожа, ну, совсем немного.
- Хорошо, я займусь. Когда приступать к выполнению партийного задания?
- Да прямо сейчас и поезжай. Катерина все тебе по дороге расскажет.
Рома и Катя вышли из кабинета шефа, и молча пошли по коридору.
Зайдя в свой кабинет, Рома уселся в кресло, указал на второе Катерине, и внимательно на нее посмотрел.
- Роман Федорович, я…
- Давай договоримся. Во-первых, я – просто Роман, можно Рома, можно на ты. Во-вторых, я тебя уже видел возле твоего «Зималетто», и то, что я видел, меня реально напугало. В-третьих, я почему-то уверен, что с программным обеспечением у вас все в порядке. Исходя из этого, зачем я Вам нужен?
Катя вздохнула, присела на краешек кресла, и сказала:
- Нужен, очень нужен. Это вопрос жизни и смерти в прямом смысле этого слова. Вы… ты знаешь кто такой Жданов Андрей Павлович, президент «Зималетто»?
- Не имею чести знать. А что?
Катя порылась в сумке, достала фотографию и протянула ее Роме.
- Зачем тебе моя фотография и, вообще, почему я на ней в костюме? А очки?
- Это не ты. Это Жданов.
- Смешно. Я участвую в программе «Розыгрыш»? А где камеры? – Рома начал оглядываться по кабинету, даже заглянул под стол и в горшок с пальмой.
- Долго объяснять, времени мало. Может, поговорим в машине по дороге? Кстати, едем мы сейчас не в «Зималетто», маршрут немного другой.
Рыжий кот весело улыбался с экрана монитора.

Всю дорогу Катя рассказывала Роману события последнего времени, предшествующие поездке в место со странным названием «ИЗНАКУРНОЖ».
Закончив свой рассказ, она внимательно посмотрела на Романа.
- Ты так похож на Андрея. Я уже устала чему-то удивляться, но все-таки это нереальное сходство!
- Я тоже круто удивляюсь. Если убрать косички и очки, ты натуральный клон моей девушки. Ты, кстати, короткую стрижку не пробовала сделать и, ну, типа, линзы одеть? А брекеты снять? Я знаю чудесного стоматолога! Думаю, тебе понравиться!
- Думаешь? Я попробую.
- Ну вот и славненько! Но вернемся к нашим баранам. Во всем происходящем есть какая-то серьезная мистика, поэтому серьезно напрягаться не будем, расслабимся и будем получать удовольствие…
Катя широко открыла глаза, громко икнула и, отодвинувшись от Ромы на максимальное расстояние, на которое позволяли отодвинуться размеры джипа, шепотом спросила:
- Что???
- От общения, ну, и от совместной поездки. А ты что подумала?
- Ничего я не подумала!
- Ладно, расслабься, я к тебе приставать не буду, у меня девушка есть. Или ты надеялась, что буду? Может, сама планировала приставать?
- На то, что ты …? Нет, ни в коем случае, я к тебе приставать не буду!
- Ну, вот и договорились! Никто ни к кому не пристает, и мирно путешествуем. А вот, кстати, и конечная станция нашего увлекательного путешествия.
Рома осторожно припарковался возле неприметного здания между двух громадных офисных центров. Над входом ярко выделялась табличка «ИЗНАКУРНОЖ», в окнах был полумрак. Ко входу поднималась старинная лестница со скрипучими ступенями.
- Ну что, пошли, будем спасать твоего Жданова?
Катя молча кивнула и вылезла из машины.
Поднявшись по широким ступеням на самый верх лестницы, они постучали дверным молоточком. Прошла минута и дверь тихо открылась. Войдя в здание, Катя и Рома остановились от удивления. Размеры увиденного совершенно не соответствовали реальным размерам здания.
Перед ними была огромная комната, с высоким потолком, красивыми яркими светильниками, очень похожая на «бальный зал». Вдоль стен стояли большие вазоны с цветами, кресла с мягкими спинками. На окнах висели красивые бархатные шторы с вензелями. Пол покрывал огромный мягкий ковер. В конце зала было три двери из темного дерева с позолоченными ручками. И вот от этих дверей к ним приближался невысокий полный мужчина в черном костюме, при виде которого Катя так округлила и без того большие глаза, что Роман начал серьезно беспокоиться.
- Сергей Сергеевич! Вы как… то есть что вы здесь делаете?
- Я здесь живу. Ну, и периодически работаю.
- А в «Зималетто»?
- А в «Зималетто» я наблюдаю над ярким результатом моего эксперимента.
- Катя, кто это такой? Откуда ты его знаешь? Ты же сказала, что никогда здесь не была? – вопросы посыпались из Романа пулеметной очередью.
- Это наш охранник из «Зималетто», Сергей Сергеевич Потапкин.
- А что он тогда ЗДЕСЬ делает?
- Говорит, ЖИВЕТ, ты же слышал! – Катя развела руками.
Потапкин улыбнулся и сказал:
- Молодые люди, чтобы у нас не было с вами неясностей, идемте ко мне в кабинет, и я все расскажу по порядку. Кстати, я и есть Янус.
«Молодые люди» переглянулись и молча двинулись за ним.
Пройдя в одну из дверей, они оказались в уютной комнатке с камином и большими креслами. Сергей Сергеевич усадил Катю и Рому в кресла, налил им ароматного чаю и начал рассказывать старинную легенду.
Очень давно, когда магия и волшебство воспринимались людьми как обычное явление и никого не удивляли, группа магов и волшебниц решила создать идеальных людей. Руководителем группы был Янус. Долгие годы они проводили расчеты, создавали нужные заклинания. И вот, наконец, их эксперимент увенчался успехом. Они создали идеальных мужчину и женщину, которые обладали всеми теми качествами, которые хотели бы видеть в них их создатели. Эти качества они назвали Дарами: красота, ум, способность располагать к себе людей, храбрость, твердость духа и многие другие, а их носителей – Хранителями Даров. Но произошло непредвиденное. Хранители взбунтовались и покинули своих создателей. Они затерялись среди обычных людей и пропали. Но до сих пор на Земле рождаются их потомки, которые как две капли воды похожи на своих предков. И каждый из этих потомков обладает хотя бы одним из Даров. И судьбы их связаны незримой нитью.
- То есть, я – потомок одного из Хранителей? – спросил Роман.
- Да, и я смотрю, довольно быстро и логично соображаешь. Даже Волкову мне пришлось втолковывать довольно долго простые истины. Но не только ты потомок, вас много. Кто-то уже известен, кто-то еще появится. Но речь сейчас не об этом. Один из вас сейчас в большой беде, ему надо помочь, иначе могут пострадать и другие. Если его поглотит тьма, и он окончательно превратится в чудовище, в мир вырвется очень темная сила.
- Это понятно. Если его поглотит Темная сторона, то он станет Дартом Вейдером…
- Роман, я смотрю, одним из твоих Даров стало неудержимое чувство юмора. Нет, не станет. Слушайте внимательно! Я дам вам некий сундучок. В нем противоядие. Никому его не показывайте, никому не отдавайте. Берегите как зеницу ока! И запомните: открыть его может только тот, для кого оно предназначено.
Янус подошел к старинному комоду, открыл и достал оттуда небольшой сундучок из темного дерева с золотыми уголками и маленьким замочком. Повернувшись, он отдал его в руки Кате, которая молча сидела в кресле и слушала.
- Ключ не нужен, замок исчезнет при необходимости сам. И еще. Все на свете побеждает любовь. И без нее противоядие не сработает! Теперь поспешите!
Катя и Рома встали, попрощались с СергейСергеевичем и побежали к машине.

Джип затормозил около подъезда элитного таун – хауза.
- Ну, вот и приехали. Это его дом? – спросил Роман, вопросительно глядя на Катю.
Они вышли из джипа и направились к подъезду. Катя заметно нервничала, но держала себя в руках, и даже пыталась натянуто улыбнуться. В руках она несла сундучок, крепко прижав его к себе. Роман довольно бодро шел следом, улыбался, но поминутно бросал взгляды по сторонам, а вдруг выскочит какая-нибудь темная вражина и отберет у Кати заветный сундучок.
Консьержка, решившая, видимо, ничему уже не удивляться, молча покосилась на Катю, потом внимательно оглядела Романа с ног до головы, многозначительно хмыкнула, и, отвернулась, сделав вид, что занята очень важным делом.
Поднявшись на нужный этаж, они подошли к двери квартиры. Тяжело вздохнув, Катя достала ключи и медленно открыла тяжелую дверь. Квартира встретила их непривычной тишиной. Только из спальни раздавалось тихое сопение и всхлипы.
Катя обернулась к застывшему как римская статуя Роману.
- Ты пойдешь со мной?
Минуты две Роман размышлял, уставившись на свои кроссовки. Потом любопытство взяло верх над здравым смыслом, и он ответил:
- Да. Надеюсь, мы вовремя.
Осторожно обходя хаос в квартире, иногда спотыкаясь о разбитую посуду и поломанную мебель, они подошли к дверям спальни. Сопение и всхлипы стали громче.
Катя вздохнула, посмотрела на Романа, и сказала:
- Я боюсь узнать, что мы опоздали.
Роман собрался с духом, сгреб остатки силы воли в кучку, улыбнулся, и, взяв Катю за руку, ответил:
- Не бойся, я с тобой.
Открыв дверь и войдя в комнату, они застыли в нерешительности. Рома и Катя готовы были увидеть что угодно, но только не такую картину…

Глава 9.
Гостиная Жданова почему-то оказалась огромным залом, декорированным под средневековье. У стены располагался камин, на стенах горели и изрядно чадили факелы, в центре стоял внушительных размеров дубовый стол. За столом сидела довольно живописная компания из трёх человек. Все трое показались Екатерине смутно знакомыми, приглядевшись, она узнала их окончательно и удивилась. Во главе стола в расшитом золотом камзоле и бархатном берете с пером восседал ни кто иной как сам Александр Юрьевич Воропаев. Узнать его в этом облачении было довольно трудно, тем более, что один глаз у него зловеще посверкивал, а другой был полузакрыт. Он словно щурился и сверкал глазами одновременно. По правую руку от него в изящном платье из парчи расположилась его сестра Кира Юрьевна. Взгляд её был тусклым и словно затравленным. Во всяком случае Екатерина увидела его именно таким. По левую руку находилась совсем уж странная особа в длинной черной вуали, которая закрывала её лицо почти до самых губ. Вуаль была совершенно непроницаема, других деталей одежды на даме не наблюдалось. То есть она была совершенно обнажена и, казалось, совершенно не смущалась этим обстоятельством. Впрочем, её фигура была идеальной: полная грудь, тонкая талия, изящный изгиб бёдер, тонкие кисти рук, небрежно сложенных на коленях – она выглядела великолепно и была воплощением греха. От всего зрелища отдавало мистикой и угрозой. Катя уже смирилась с тем, что в последние дни её жизнь сопровождают всякие чудеса, но такого она всё же не ожидала. Роман, по прежнему сопровождавший Катю, застыл словно пригвожденный к месту соляной столб и не сводил глаз с таинственной незнакомки в вуали.
Катя судорожно вцепилась в ларец, переданный ей Янусом для Андрея. Этот жест не остался незамеченным для незваных гостей.
- Спокойно, Екатерина Валерьевна, - вяло протянул Воропаев, - не нужно резких движений. Вы умная девушка и способны понять, что ваша нервозность может скорее навредить, чем помочь нашему делу. Случилось так, что удача оказалась не на вашей стороне, а она довольно долго была в вашем безраздельном пользовании.
- Андрей?.. – тревожно всхлипнула Катя. При звуке этого имени Кира вскинула голову и злобно уставилась на Катерину, с её уст уже готова была сорваться резкая обличительная речь. Воропаев не дал ей вставить слова, заговорил сам:
- С ним может быть всё в порядке уже сегодня, если только вы этого захотите.
Из дальнего самого темного угла залы послышался протяжный стон. Катя повернула голову в направлении звука и с трудом разглядела прикованное к стене взлохмаченное чудовище, совершенно потерявшее человеческий облик. То, что перед ней был её возлюбленный и по совместительству шеф Андрей Жданов, можно было понять только по сверкающим карими вишнями измученным глазам, которые ловили каждое её движение.
- А где Серж? – Катя отчеканила вопрос, не сводя глаз с Андрея.
- Браво, Екатерина Валерьевна, я знал, что вы способны в любой ситуации сохранить самообладание. – Голос Воропаева звучал бесстрастно, было видно, что он ощущает себя полным хозяином положения. – Не беспокойтесь за него, он немного отоспится и вновь будет способен выполнять миссию добра, нести мир всему миру. Правда, вам на его помощь рассчитывать вряд ли стоит. Как, впрочем, и на помощь вашего нового друга, который не сводит глаз с моей великолепной спутницы.
Александр наслаждался своим положением, ему доставляло удовольствие тянуть минуты, наблюдая за растерянностью и беспомощностью Катерины. Она была в его власти, и с каждой минутой понимание этого факта отражалось на её лице всё большей растерянностью. Он бы предпочел страх, но и растерянность Пушкаревой ему тоже нравилась. Он слегка повернул голову, впервые оторвав взгляд от Кати, и обратился к девушке в вуали:
- Тамара, займитесь нашим Казановой, мне кажется, он сражен вашей красотой наповал. Посмотрите, он даже слова не способен произнести от внезапно постигшей его любви к вам. Уверен, он не будет возражать против вашего общества и даже не вспомнить о тех, кого когда-то любил, - Воропаев откровенно издевался.
«Тамара?.. Это же…» - в голове Кати пронеслась мгновенная догадка, которая подтвердилась, как только дама подняла вуаль. Это была она, та самая ведьма, которая рассказала ей о действии «не-ври-травы» и с которой Кате довелось столкнуться, когда она навещала зеленоглазую ведьму с живым мертвецом по имени Иван. Тамара обдала Катерину холодом своих зеленых глаз, загадочно улыбнулась и двинулась в сторону Ромы Емельянова.
- Пойдем, котик, - прошептала она Роме, беря его за руку и уводя в темноту коридора, - ты подаришь мне немного тепла.
Холодок пробежал по телу Кати от этого зловещего шепота. Она видела, как беспрекословно, будто под действием гипноза Рома двинулся вслед за зеленоглазой ведьмой. Но помочь ему Катя не могла, у неё была другая миссия. Воропаев, видя её колебания, поспешил прокомментировать.
- Ну-у, Катенька, вас на всех не хватит. К тому же ваш любвеобильный друг вне опасности, Тамара всего лишь нейтрализует его на некоторое время, чтобы он не смог нам помешать, а потом отпустит, почти без потерь, если только он сам захочет уйти от неё.
На лице Александра сияла победоносная улыбка, события разворачивались именно так, как он их спланировал.
- Может, вы всё же соизволите мне объяснить, что здесь происходит? Почему в квартире Андрея всё так поменялось? Как вы сюда попали? И кто вы на самом деле?
- Естессно, я вам всё объясню. Иначе, зачем бы я организовал эту встречу? Вы же не думаете на самом деле, что мне доставляет удовольствие проводить время в вашем милом обществе. У меня есть цель, а у вас есть средство, с помощью которой я могу этой цели достичь.
- Ваша цель мне известна, Александр Юрьевич, но я никогда не думала, что ради её достижения вы способны пожертвовать людьми и зайти так далеко. Либо я вас совсем не знала.
Воропаев резко встал и двинулся навстречу Кате. Она вжалась в стену и ещё теснее прижала к себе заветный ларец. Жданов дернулся на цепи и прорычал что-то невразумительное. Кате стало понятно, что Андрей утратил способность к членораздельной речи. Кира осталась безучастна тому, что происходило на её глазах. Это была дуэль двух человек, двух начал – добра и зла – и уже никто не мог помешать ей состояться. Александр остановился в метре от Екатерины, их взгляды пересеклись.
- Хорошо обдумайте то, что я вам сейчас скажу, Екатерина Валерьевна. Я не стал бы с вами церемониться, если бы вы были менее достойным соперником, я уважаю вас. Вы много сделали для Жданова, хоть он и не стоил ваших усилий, вы доказали всем и, возможно, себе самой, что любите его. Такая отчаянная любовь редко встречается. Именно такая любовь может быть жертвенной и это мне очень пригодиться для реализации задуманного. Вы думаете, что моя цель Зималетто? – Александр зловеще рассмеялся. – Это мелочь, по сравнению с тем, что я могу получить. Вы ввязались в игру, которая стоит больше, чем деньги и даже власть. Здесь на чаше весов две истины – Тьма и Свет. Властелин Тьмы избрал меня своим посланником на Землю, а Властелин Света сделал своим посланником Жданова. Только мой покровитель был более откровенен со мной, и я знал, в чем заключается моя миссия, а Андрюша блуждал в неведении. Властелин Света как всякая идеальная субстанция переоценил способность человека самостоятельно проникнуть в истинную суть вещей и нести добро людям бескорыстно и осознанно. Поэтому у меня было преимущество. Когда Андрей поддался искушению и вместо добра начал сеять зло: ложь, предательство, прелюбодеяния, его сила стала таять на глазах, он стал уязвим для меня. Я не задумываясь уничтожил бы его, но и у меня есть слабости, увы. Кира любит его, и я ничего не могу с этим поделать. Но я могу сделать так, чтобы он остался с ней, но при этом не мог уже мешать мне творить моё темное дело, осуществляя замысел Властелина Тьмы. И вы мне в этом поможете.
- Я??? – в голосе Кати послышался ужас.
- Конечно! Конечно, Екатерина Валерьевна, именно вы. Выбора у вас нет. В руках вы держите противоядие, только оно способно вернуть Жданову человеческий облик. И получить он его должен не позднее сегодняшнего утра. Я позволю вам спасти вашего мужа только при одном условии… взамен я возьму вашу жизнь.
- Что? Н-но, зачем она вам?
- Катенька, неужели вы не поняли, что вы тоже избранная Светом? В паре со Ждановым вы создавали мне много проблем. Я затеял всю эту игру с «не-ври-травой», чтобы, во-первых, убедиться, что ради него вы готовы пожертвовать собой, а во-вторых, чтобы устранить вас и усмирить, связать темными обстоятельствами Андрея, чтобы он больше не мог действовать на пользу Властелина Света. Ваша смерть будет на его совести, он больше не сможет нести добро людям, но при этом он останется цел и невредим. Думаю, Кира быстро приберет его к рукам и может быть даже будет с ним счастлива.
- Саша, ты обещал, - подала голос доселе молчавшая Кира Воропаева.
- Да-да, Кирюша, всё будет хорошо, поверь мне.
- Кира Юрьевна, почему вы позволяете своему брату так обращаться с вами и Андреем?
- Я не хочу с тобой разговаривать, мерзкая тварь, ты украла у меня Андрея, а теперь ещё смеешь задавать мне какие-то вопросы, - Кира была похожа на злобную фурию, источающую ненависть. Если бы не Воропаев, она собственноручно растерзала бы Катерину, но не знала, как спасти Андрея и при этом сделать его своим, поэтому и доверилась Александру.
- Бог вам судья, Кира Юрьевна, мне жаль вас. Неужели вы не видите, что выпускаете зло на волю. Неужели желание обладать Андреем выше любви, человечности?
- Хватит, - резко прервал Катю Воропаев. Он прекрасно понимал, чем может закончиться этот диалог. – Вам достаточно было времени, чтобы подумать над моим предложением.
- Разве? А вы уже мне что-то предложили, - нашла в себе силы усмехнуться Катя.
- Да, и вы меня услышали. Не разочаровывайте меня, Екатерина Валерьевна. Я предложил вам жизнь Андрея Жданова в обмен на вашу. Я даю вам возможность дать ему противоядие, но вы умрёте.
- Я согласна, - ответ Кати прозвучал быстро, она действительно уже всё обдумала и решила.
Жданов взвыл в своём углу и начал рваться с цепи. Кира хотела броситься к нему, но побоялась, что он разорвет её на части своими клыками. Глаза Александра радостно сверкнули.
- Ну, вот и славно. Вы можете подойти к своему возлюбленному в последний раз. Сожалею, что не в силах предоставить вам возможность увидеть его «исцеление», но таковы условия контракта, - Воропаев хохотнул.
- Один вопрос, Александр Юрьевич.
- Валяйте.
- Почему вы сразу не забрали у меня противоядие и не отдали ему. Меня можно было убить и без этой, разыгранной вами, интермедии?
- Вот тут вы ошибаетесь. Противоядие сработает только в том случае, если Жданов получит его из добрых рук любящей его женщины. И потом, мне нужно, чтобы ответственность за вашу смерть легла на нашего друга Андрюшеньку. Он своим спасением будет обязан вашей погубленной жизни и понесет эту ношу до конца дней своих.
- А если бы я отказалась?
- Это вряд ли. Но, если бы всё же вы отказались, то погиб бы Жданов и ответственность за его смерть легла бы на вас. Беспроигрышная партия, вы не находите, многоуважаемая Екатерина Валерьевна?
Катя не стала больше тянуть этот разговор. Всё было сказано. Она решительно двинулась в сторону Андрея, который всем своим видом показывал, что он не желает спасения такой ценой, и тихо заговорила:
- Андрюша, я знаю, ты не хочешь, чтобы я умерла, ты не хочешь принимать эту жертву от меня. Но подумай, если нам двоим на земле жизни нет, то лучше будет, чтобы ушла я. Я прошу тебя, со временем ты примиришься с этим грузом, твоего жизнелюбия хватит, чтобы начать всё заново. Ты сможешь вновь встать под знамена Добра и Света. А я так люблю тебя, что погибнуть ради этого мне в радость, а жить без тебя я всё равно не смогу. Сделай всё как надо, прошу тебя, ради меня, ради памяти обо мне.
Из глаз Кати катились слезы, но она даже не замечала этого. Жданов смотрел на неё во все глаза, и в глубине их таилась такая боль, что, казалось, она способна затопить всю планету.
- Ну, довольно сантиментов, – Воропаеву надоело наблюдать эту душещипательную сцену. – Жданов, будь уже мужиком, бери противоядие, возродись и сражайся, если сможешь.
Как только звериная лапа Андрея прикоснулась к ларцу, всё исчезло, реальность растворилась…


Нет выхода только из гроба.
 
lemka_Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:13 | Сообщение # 672
Убеждённый гришеит
Группа: Модераторы
Сообщений: 3512
Статус: Offline
Андрей Жданов проснулся рано утром в собственной постели один, что случалось нечасто. Он сладко потянулся и зевнул. «Странный сон, - подумал Жданов, вставая с кровати и двигаясь в сторону ванны. – И такой реальный, словно наяву было. А вообще-то это точно сон? И какой сегодня день? Я головой не ударился?» До ванны добраться ему так и не удалось, проходя по коридору, он споткнулся об лежащего прямо посреди прохода человека в коричневом костюме.
- Эй, парень, ты кто? Что ты тут делаешь? И вообще, как ты тут очутился?
Отчаянно тормоша свалившегося с луны к нему в квартиру незнакомца, Андрей развернул его к себе лицом и ахнул.
- Вот ни фига себе сюжет!!! Как такое может быть?
Незнакомец был как две капли воды похож на него самого, вылитый Жданов, только в одежде и в полном неадеквате.
- Эй, братец, ты вообще живой?
- М-м-м-м…
Незнакомец зашевелился и стал издавать нечленораздельные звуки. Андрей кинулся в кухню за водой.
- А-а-атлична-а, давай сначала приведем тебя в чувство, а потом ты ответишь на мои вопросы.
Он влил в незнакомца пол стакана воды, а остальное выплеснул ему в лицо. Гость стал отчаянно трясти головой и отфыркиваться.
- Тихо, тихо, тихо, что ты брыкаешься как иноходец. Соображать можешь?
- Не тряси меня больше, - взмолился посетитель и уже вполне осмысленным взглядом посмотрел на Андрея. – Черт, им всё-таки удалось это провернуть.
Жданов удивленно уставился на своего двойника:
- Кому? Чего провернуть? Ты кто???
- Андрей, я рад, что с тобой всё в порядке, но разве ты совсем ничего не помнишь?
- А я что-то должен помнить? – Андрея чувствовал себя неуютно от того, что ничего не понимал.
- Та-а-ак, - протянул незнакомец и встал на ноги, - придется рассказывать тебе всё с самого начала. Очень надеюсь, что ты вспомнишь хотя бы половину событий предыдущей недели до того, как тебе придет в голову мысль вышвырнуть меня из своего дома.
- Гм-м… - Андрей пристально посмотрел на своего визави и пробормотал, - не думаю, что я отпустил бы без объяснения из своего дома парня, который являет собой моё зеркальное отражение, неизвестным образом оказался без сознания в моём коридоре и к тому же говорит загадками. Рассказывай.
- Погоди, сначала мне нужно кое-куда сгонять. Я вернусь очень скоро, ты должен меня дождаться. Это важно.
Андрей недоверчиво смерил взглядом своего визави и почему-то почувствовал, что нужно позволить ему действовать так, как тот считает нужным.
- Хорошо, валяй, я подожду.
Жданов удивленно наблюдал, как его новый знакомец вытаскивает из угла метлу и папаху, исчезает, просто растворяется в воздухе.

Серж летел «на всех парусах», точнее на максимальной скорости, которую мог выжать из своей метлы, а она была самой модерновой из серии последних новинок волшебной техники и могла развивать не слабую скорость. Поэтому и добрался он до нужного места в мгновение ока. А нужным местом была штаб-квартира Януса, полномочного представителя Властелина Света и непосредственного шефа Сержа Волкова. Сердце агента ОСБ выпрыгивало из груди от волнения, он понимал, что миссия им провалена, во всяком случае наполовину, и не ждал от начальства ничего хорошего. Но ему нужна была информация, он не мог оставить Андрей в неведении и не рассказать ему о том, что случилось с ним и его окружением. Да и самому бы не мешало узнать, что произошло Екатериной, которой он должен был помочь, но не смог. Даже супер-агенты иногда допускают ошибки. Он расслабился, узнав, что противоядие попало в руки Януса, и не был готов к внезапной атаке со стороны Воропаева и поддерживающей его ведьмы.
Осторожно постучав, Серж шагнул в кабинет шефа и оторопел: напротив Януса в роскошном кресле восседала сама Геката с шевелящейся змеями головой и лениво потягивала коньяк из пузатого бокала. «Может меня снова одурманили да ещё напустили в подсознание глюков, чтобы добить окончательно?» - подумал Серж.
- Проходи, мы ждали тебя, агент Волков, - в голосе Януса не было ни волнения, ни ярости, наоборот, вопреки обстоятельствам, он казался совершенно довольным.
- Шеф? – вопрос читался во всём облике Сержа.
- Я не намерен объяснять тебе все нюансы наших переговоров. Скажу только то, что ты должен знать. Если бы не госпожа Геката, которая была поражена силой любви Кати и тем обстоятельством, что такая любовь ещё способна рождаться в сердце современных людей, то ни Жданова, ни Екатерину тебе спасти бы не удалось. Ведьмочка Тамара взяла на себя слишком много и решила действовать вопреки указаниям, которые были ей даны. А уж, что там себе возомнил господин Воропаев, ему одному известно.
- Так, Катя жива?
Геката скривила презрительную улыбку и пронзила Сержа своими холодными глазами, змеи на её голове встревожено зашипели. Янус ухмыльнулся. Глухим надтреснутым голосом Геката произнесла:
- Ни один мужчина не способен оценить силу женской любви, поэтому только женщина может помочь женщине. Любовь – это Великий Дар, который больше и сильнее всех других даров, данных Человечеству. Я спасла Катю, я сохранила её, но я не хочу отдавать её мужчине, который сможет пренебречь ею, обидеть её своим равнодушием. Ваш шеф пытается убедить меня, что Жданов достоин Катиной любви и способен сделать её счастливой, подарив ей любовь, равную по силе её чувству. Но я не верю. Я сохраню Катю для того, кто докажет мне свою состоятельность в достижении Любви.
- Где Катя? – похоже, Серж забыл о субординации и задавал вопросы, словно имел право их задавать.
Но он был взволнован и искренен в своей тревоге, поэтому Геката снизошла до ответа:
- Я заморозила её. Она будет спать, пока лёд вокруг не растопит любящее сердце.
Сержу показалось, что Великая Богиня Тьмы мечтательно улыбнулась. Этого не могло быть на самом деле, он это точно знал, просто игра света и тени, слуги Тьмы не испытывали человеческих эмоций. Он онемел от удивления и взглянул на Януса, ища у него поддержки.
- Твой подопечный Жданов должен доказать, что его любовь к Екатерине столь же велика, как и её любовь к нему, - вновь заговорил Янус. – Для этого он должен сделать то, чего никогда не делал, пройти через множество испытаний. На пути к ней он должен преодолеть себя, измениться. Если ему удастся преобразиться, он получит её. Это наш уговор с госпожой. Других вариантов нет. У секретаря лежит свиток, который ты передашь Жданову, но помогать ему ты не будешь.
- Но…
Серж хотел возмутиться, шеф не дал ему договорить:
- Ты не будешь ему помогать, - с нажимом повторил он. – Я не оставлю его без помощи, не беспокойся. Только эта помощь будет без мистики и колдовства. А теперь иди, я всё сказал.
Серж понял, что аудиенция окончена, возражать бесполезно. Он вышел из кабинета шефа, тихонько прикрыв за собой дверь, чтобы не обеспокоить змеиную голову Гекаты, прихватил у секретаря свиток, вскочил на свою метлу и помчался обратно к Андрею.

Как и обещал, Серж вернулся довольно быстро. Андрей только успел ополоснуться в душе и выпить чашку кофе. Следующие несколько часов Андрей и Серж провели, сидя в креслах напротив друг друга, погрузившись в беседу. Говорил в основном Сергей, Жданов задавал короткие вопросы по существу дела. Видно было, что события постепенно восстанавливались в его памяти. И чем дальше говорил Серж, тем больше мрачнел Жданов. Когда Волков закончил, у Андрея оставался только один вопрос:
- Катя умерла?
Серж внимательно посмотрел в мрачные глаза Жданова, немного помедлил и произнес:
- Нет. Воропаев переоценил свои силы, самонадеянный осел, он не смог убить её.
Жданов заметно расслабился и выдохнул.
- Не всё так просто, Андрей. Ты можешь мне не поверить, но добраться до Кати будет очень трудно. Она… как бы это сказать, погружена в сон, что ли. Сказку о Мертвой Царевне помнишь?
- Ты ещё скажи, что она лежит в хрустальном гробу на цепях в пещере.
- Почти, - загадочно произнес Сергей.
- Давай ты не будешь тянуть кота за все подробности. Говори толком, где она?
- Я скажу, не переживай, затем к тебе и прибыл. Я скажу, но прежде ты должен осознать, что перед тобой стоит выбор. Ты можешь вернуться в свою привычную жизнь, прямо сейчас отправиться в Зималетто и забыть обо всём, что было с тобой. Там тебя ждут люди, которые на тебя работают, там тебя ждет любящая невеста Кира, там деньги, власть, слава, все те удовольствия, к которым ты всегда так стремился. Но, если ты решишься искать Катю, то тебе придется пройти круги ада и доказать, что ты достоин её любви, что ты любишь её так же сильно, как она тебя, что ты готов дальше идти под знаменами Властелина Света и жертвовать всем на пути Добра, даже своей ненавистью к тем, кого ты считаешь своим врагом.
- Ты говоришь о Воропаеве?
- Да.
- Это значит, я не смогу ему отомстить?
- Нет.
- Я должен его простить и примириться?
- Ты должен его полюбить и пожалеть, как ты мог бы пожалеть любого человека, свернувшего с пути истинного словно заблудшая овца.
- И я должен простить ему то, что он сделал с Катей?
- Да. Это единственное, что тебя волнует сейчас?
- Да.
- Тогда ты готов к поиску и обретению великой любви. Выбор сделан.
Вид у Сержа был очень торжественный. Он вытащил из кармана свиток и протянул его Жданову.
- Возьми папирус, там прописана инструкция твоих дальнейших действий. Я не могу тебе больше помогать. Но тебя не оставят без помощника. Жди его, он придет сюда, и ты его узнаешь.
Это были прощальные слова Сержа. Он вновь растворился в воздухе, взмахнув метлой на прощание, словно его и не было вовсе.
Жданов пребывал в мрачном настроении. В его голове никак не укладывалось две мысли: «Кати нет рядом и нужно простить Воропаева, который всё это устроил». Бред какой-то.
Он медленно развернул папирус и увидел небольшой текст, написанный убористым почерком:
«Искатель, ты держишь в руках путеводную нить, которая приведет тебя к желаемой цели. Светлая Екатерина погружена в глубокий сон, который может продлиться века, а может закончиться, лишь только коснется её лица рука честного и любящего человека с чистой душой и добрыми помыслами. Сон её стережет Горный Ветер и Снежный Дух горы Дхаулагири (Белой Горы). Это самая высокая гора Гималайского хребта Дхаулагири. На высоте 8160 м расположена ледяная усыпальница, где и хранится сон Светлой Екатерины. Ты можешь пробудить её, Искатель. Но сначала очисти дела и думы свои от тьмы. Примирись с самим собой. И достигни совершенства. Утвердись в своих чувствах и желаниях. Покори гору Дхаулагари и пробуди ото сна ту, что пожертвовала собой ради любви к тебе. Удачи тебе, Искатель».
Жданов снова и снова пробегал текст глазами и никак не мог уразуметь, что же нужно сделать, чтобы получить Катю обратно. «Пожалуй, Серж был прав, мне придется пройти все круги ада». День пролетел незаметно, а вечером в дверь Андрея позвонили, и он пошел открывать. На пороге вновь стоял он сам или Серж, так похожий на него.
- Привет, приятель, а говорил, что уходишь насовсем.
- Ты думаешь, что я Серж? Меня зовут Иван Гурьев, можно просто Ваня, – гость весело улыбнулся и протянул руку для приветствия. – Меня прислали к тебе в качестве инструктора по альпинизму.
- Зачем? – удивленно пролепетал Жданов.
- Ты же хочешь дойти до вершины Дхаулагари?
- А вертолетом нельзя?
- В том-то и фокус, что ты должен всё сделать сам.
- Я понял. Вот теперь я понял, что я должен делать, - воскликнул Жданов и даже слегка подпрыгнул от догадки пришедшей ему в голову. – Вань, проходи, располагайся. Я так понимаю, что ты некоторое время поживешь у меня. Мне нужно кое-какие дела урегулировать, а потом я весь твой.
- Договорились.
Жданов пулей вылетел из своей квартиры, прихватив ключи от машины. Ему нужно было нанести визиты нескольким людям. И хоть день катился к вечеру, эти встречи откладывать было нельзя.
Андрей понял для себя главное, чтобы очиститься душой, нужно отказаться от того, что эту душу отягощает и перестать лгать. Он поехал к отцу. Нужно было рассказать Павлу Олеговичу всё, что творилось в Зималетто в последний год. Разговор был длинный и тяжелый. Мама плакала, отец хватался за сердце, но всё же Андрею удалось выложить всё и убедить родителей, что неприятности позади, осталось лишь следовать выбранным курсом и тогда все получится. Он просил прощение и обещал, что больше никогда не будет лгать. Павел ему поверил, хоть и злился на своего сына за нерадивость и безответственность. Андрей сам попросил отца, чтобы тот передал компанию Александру. Жданов-старший согласился с этим предложением сына.
От родителей Андрей поехал прямо к Воропаеву. Александр был озадачен этим визитом и с подозрением смотрел на своего постоянного противника. Речь Жданова была короткой, но выразительной:
- Сашка, мы с тобой всегда были соперниками, с самого детства сражались за пальму первенства. Может быть, именно поэтому ты стал таким злобным и бескомпромиссным. Я вижу в этом и свою вину. Я хочу, чтобы мы помирились. Я передаю тебе президентское кресло. Владей. Надеюсь, это будет компенсацией за все те неприятности, которые я тебе так долго доставлял.
И подумав, добавил:
- Мне тяжело тебе это говорить, но я доставлю тебе ещё одну неприятность. Я бросаю твою сестру. Не потому что она плохая, она замечательная женщина. Просто я не люблю её. И вот сейчас я это понял.
Откровенность Андрея совершенно обезоружила Воропаева. Он не смог вымолвить ни одного слова от удивления, а Андрей уже несся дальше, в следующий пункт своего назначения. Он ехал к Кире. Это был самый сложный разговор. Но пришло время собирать камни, и миновать этого было нельзя. Душа Андрея требовала очищения, вернее этого требовала дорога, ведущая к Катерине. Кира плакала, кричала, билась в истерике, выгоняла и возвращала его, умоляла и проклинала. Но, в конце концов, успокоилась и отпустила. Она кожей, сердцем, всем существом своим почувствовала силу любви Андрея к Кате и смирилась с тем, что потеряла Андрея навсегда. Никакие ухищрения, никакие ведьмины штучки уже не смогут вернуть ей утраченного. Поняв это, Кира почувствовала облегчение. Обессилев, она уснула у Андрея на руках. Он долго убаюкивал ей, покачивая как маленького ребёнка. Потом тихонько выскользнул в дверь, чтобы не нарушить её сон.
Андрею предстояла ещё длительная борьба за свою любовь, он вернулся домой и с порога обратился к Ивану:
- Я готов, можно начинать.
Ваня читал газету, вальяжно расположившись в кресле у камина ждановской гостиной. Он улыбнулся в ответ на столь категоричное заявление своего подопечного и сказал:
- Я рад. Завтра и начнем.
А наутро началась работа. Иван должен был сделать из Жданова заправского альпиниста за короткий срок. Взять восьмитысячник городскому мажору, который ни разу даже на горнолыжном курорте в Альпах не отдыхал, задача не из простых. У Жданова была хорошая физическая подготовка, но для восхождений этого было недостаточно. Тем более, что свою гору Андрею предстояло брать в одиночестве, без помощников, без страховки. Они тренировались в течение года практически без отдыха каждый день. Они побывали на Западном Кавказе и покорили 3-тысячники Чугуш, Северный Псеашхо, Сахарную голову. Затем поднялись на Эльбрус. К августу Иван решил, что Андрей способен взойти на Хан-Тенгри. Этот подъём Жданов совершал один, Иван ждал его в базовом лагере у подножья. Перед самым восхождением пришло известие, что на подъёме лавиной накрыло двух украинских альпинистов. Группа из Эстонии отказалась от восхождения. Белорусы изменили маршрут. Но Андрея это не остановило. Он рвался вперед, понимая, что это всего лишь очередная ступенька на пути к Кате, которую нужно преодолеть. Хан-Тенгри сдался на милость победителя. Впереди замаячила желанная цель – Дхаулагири. Эта Белая Гора даже снилась Жданову, практически каждую ночь он совершал мучительный подъем к своей мечте, к Светлой Екатерине. Час настал.
Я не буду утомлять читателя подробностями этого подъёма. Жданову пришлось преодолевать не только высоту. На его пути вставали ледники, в лицо ему хлестал пронизывающий до костей ветер, дважды он проваливался в трещины, с трудом выбираясь на поверхность, шел дальше. Его мучила горная болезнь, он не мог есть, спать, порой даже двигаться был не в состоянии. Он чудом избежал лавины, плутал, но вновь выходил на маршрут. Казалось, Катина звезда ведет его, зовет и манит. Восхождение продолжалось долгих 10 дней. Иногда ему казалось, что всё тщетно, и он никогда не выберется из этой снежной пустыни, он готов был впасть в отчаяние, но мысль о Кате, о его бедной девочке, которая в ледяном гробу ждет освобождения, возвращала ему силы и толкала вперед.
Всё когда-то заканчивается. Он не знал, какое было время суток – утро, день, вечер, - когда он оказался на вершине Белой Горы и увидел ЕЁ. Ледяная усыпальница сияла в лучах солнца, внезапно прорвавшегося сквозь облака. Катерина была прекрасна в блеске солнца и льда. Он приблизился к ней, ощущая восторг и любовь, которая затопила его, отогрела и вознесла на эту вершину мира. Его рука неуверенно потянулась к Катиному лицу. Невозможно было представить, что вот эта ослепительная снежная красавица когда-то была его невзрачной секретаршей Катей Пушкаревой. Он прижался к её губам своими горячими губами и почувствовал сладкий вздох, который издала Катя, пробуждаясь от долгого сна. Вселенная разлетелась на кусочки. У него мелькнула только одна мысль, что он теряет сознание и всё кончено. А потом вдруг на него навалилось ощущение всепоглощающего, нечеловеческого счастья. Словно он, наконец, обрел то, о чем мечтал всю жизнь. Мир исчез…

Катя и Андрей лежали в кровати в ждановской квартире, тесно прижавшись друг к другу.
- Я тебя больше никуда не отпущу.
- А я никуда и не собираюсь уходить. Хотя… помнится, кто-то хотел со мной развестись.
- Этого идиота больше нет. Он испарился.
- Жаль. А я его так любила…
- Кого?
- Ну, того идиота, который хотел со мной развестись.
- Придется тебе полюбить другого, который тебя никуда не отпустит.
- Так это запросто…


Аллилуйя возлюбленной паре.
Мы забыли, бранясь и пируя,
Для чего мы на землю попали.
Аллилуйя любви, аллилуйя любви, аллилуйя…


Нет выхода только из гроба.
 
TattyДата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:17 | Сообщение # 673
Убеждённый гришеит
Группа: Администраторы
Сообщений: 3016
Статус: Offline

https://www.youtube.com/watch?v=GFC0HpCRa4I

 
АнакондаДата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:29 | Сообщение # 674
Гришезависимый
Группа: Проверенные
Сообщений: 6302
Статус: Offline
ДЕВЧОНКИ ! ВЫ ЛУЧШИЕ! ПРОСТО ОБАЛДЕТЬ КАК ЗДОРОВО! ВЕЛИКОЛЕПНАЯ СКАЗКА , ЗАВОРАЖИВАЮЩЕЕ ИЗДАНИЕ!!!

]


Сильный человек не может повелевать своими желаниями, но он должен быть господином своих поступков.

Сообщение отредактировал Анаконда - Воскресенье, 30.12.2012, 03:30
 
LesikaKlimДата: Воскресенье, 30.12.2012, 03:57 | Сообщение # 675
Завзятый гришеман
Группа: Проверенные
Сообщений: 2395
Статус: Offline
Браво! Неописуемый восторг! Аплодирую стоя! fine fine fine

Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда я с тобой.
Сначала они тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь!
 
Форум » Креатив » Пробы пера » Сказочный марафон
Страница 45 из 47«124344454647»
Поиск:

Связь с администрацией сайта: antipenko.ucoz.ru@gmail.com
Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz